Шум слепых

Одного можно было отличить по развевающимся одеждам, высокому росту, другого – по бардовому халату, порезанному в нескольких местах от ветра. Эти два существа спросонья человека делали разминку, тянулись, выгибались, тренировали выносливость и силу воли, затем начинали путь и шли по дорогам, видя в однотипных равнинах что-то исключительное, ведь каждый сон был не похож на предыдущий. Казалось бы, можно ли изменить в этом вакууме хоть что-то? Изменить его естество? Поменять правила по своему усмотрению: не страдать – смеяться, улыбаться; не плакать – гордо смотреть вперёд; не скучать – делать то, что нравится и создавать мир под себя? Да легко.

Поломанные существа поражали воображение.

Мы оказались слишком сильны, чтобы унывать без конца и чувствовать скуку.

Мы учились друг у друга понимаю, смирению, владению собой. Взаимовыгодное сотрудничество, обогатившее и восстановившее внутреннюю систему каждого.

Сколько бы ни прошли, мы всегда, каждый раз перед сном, тренировались борьбе. Это оказалось увлекательным занятием.

Ангел знал сотни техник в совершенстве. К сожалению, я была так мала по сравнению с ним, что не могла его ни повалить, ни перевернуть или дотянуться до макушки без усилий. Тот раз был исключением, подлетела с холма, да и ненависть помогала, а тут… никаких эмоций в драке, только расчёт, внимание и реакция – этому обучало бессмертное существо. Лишь во сне жалел меня, ведь усталой почти не могла выдержать сопротивление, тут же падала под его напором.

Да, я была слаба, признавала это, но перешагнуть человеческий предел для меня было слишком сложным. Во-первых, я итак была измучена. Во-вторых, не имела особой мотивации идти вперёд, потому что не знала, что ожидает в будущем. Неизвестность больше пугала. В-третьих, не имело смысла расходовать запас экстренных сил, он мог понадобится при выживании. В-четвёртых, для человека, выдерживающего, выдерживающего, прошу заметить, тренировки бессмертного, была достаточно сносной, считая при этом, что на Земле не занималась никогда борьбой, спорт был изредка, да и в начальной школе, пока за мной следили.

Главное, делала успехи, чем повышала самолюбие ангела. Мне было не жалко, пока давал спать в безопасности и не отходил больше чем на сорок шагов, ведь одиночества боялась больше всего. Пару раз он меня так проверил, проявил свою злодейскую сущность, за что и поплатился – истериками, чисто женскими, очень неприятными, но выражающими самую суть.