Голод

И даже бушующий за окном ветер, чей свист не заглушали поднятые до предела стекла, не мог ее перекрыть.

- Может, сменим станцию? – бросил я развалившемуся на соседнем сиденье напарнику, что скрестил руки за головой и пытался подпевать.

- Не порть момент, Холт. Я эту колыбельную последний раз в детстве слышал, - отмахнулся от меня Бойди, продолжая мерзко фальшивить.

Колыбельную? Не удивительно, что этот, мать его, фей вырос повернутым на всю голову.

Глухо скрипнув зубами, я вцепился в руль и снова уставился в заледеневшее лобовое стекло.

Дорога петляла в темноте, между заснеженными елями. И пусть фары с дворниками работали на износ, ни указателей, ни табличек с милями разглядеть не удавалось. Приходилось ориентироваться по телефонному навигатору. А еще надеяться, что в вечернее время, на эту насквозь промерзшую трассу могут сунуться только конченые психи.

Вроде двух копов из полицейского департамента Вулф-Рока.

По радио одна хреновая песня сменилась другой, но в Бойди О’Мелли эта другая ностальгических чувств уже не вызывала.

- Аринтель передает тебе привет и благодарит, что подменил его на этом задании.

- Как будто меня кто-то спрашивал, - невесело хмыкнул я, вспоминая утреннюю сцену в кабинете шефа Снифира Блау. - Как выяснилось, нельзя просто так врезать по носу капитану полиции, тем более если этого ублюдка зовут…

- Альф Тарлсон? – произнеся имя одного из самых ненавистных членов нашей команды, Бойди громко заржал, и от этого издевательского звука у меня разом заныли все зубы.

Работая три года в одной команде, мы с феем не были друзьями. Сам он называл наш союз - браком по расчету, а я все чаще ловил себя на мысли, что хочу развода. Особенно, в такие дни как сегодня… когда заперт с ним в одной машине.

Он, как обычно, треплется. Я, как всегда, молчу, зная, что О’Мелли не нужны собеседники.

Не сказать, чтобы я много их повидал. А тех, с кем чаще имел дело - женского пола.

В приюте крылатых шлюх, где я провожу почти каждый выходной, пытаясь сбросить напряжение, накопленное за рабочую неделю, с ними сильно не поговоришь. Получил разрядку, оставил свой дневной заработок и свалил на все четыре стороны.