Сдать королевство, женить Императора

Мать попрекала меня за недоверие ее богине, но я-то не получал ничьего благословения и предпочел бы вообще не иметь дела с богами и с теми, кто им служит: голова на плечах и меч наготове как-то надежнее, чем существа, природа которых до сих пор не ясна.

Я покосился на мать. И зачем она вообще навязалась в этот поход? Сидела бы себе в столице, наслаждалась теплыми осенними деньками и хорошими винами. Но нет — ехала, гордо вскинув голову и свысока поглядывая на плетущихся вдоль обочины людей. Седые волосы, уложенные в идеальную прическу, как всегда оставались неподвластны ветру, тонкие, но многочисленные ниточки морщин давно скрыли былую красоту, но нисколько не повлияли на почти генеральскую стать.

Спокойной лицо не выдавало эмоций, но я точно знал, что она злится. Пожалуй, стоит все же с ней поговорить: если не я, то с нее станется найти другого, более внимательного слушателя, а то и начать интриговать против меня.

— Можете еще что-нибудь сказать о предстоящем договоре, матушка? — подчеркнуто-нейтрально обратился к ней я, едва успевая направить коня влево, чтобы он не затоптал копытами свалившегося прямо на дорогу тощего паренька.

Мать брезгливо поджала губы, но отвечать не стала, бросила лишь один взгляд на дорогу, где расстелился голодный селянин, и придержала лошадь.

Оглядев толпу еще раз, я заметил нескольких женщин с детьми на руках, стариков, которые едва держались на ногах, но крепко цеплялись за нехитрые пожитки. Мужчин среди крестьян оказалось очень мало, что странно — обычно они самые живучие.

Не вернулись с предыдущих войн? Сгорбленный староста деревни, который шел впереди этой тощей процессии, вел в поводу дрожащую от усталости кобылку.

Оглянувшись, велел ординарцу отдать людям одну из телег, и под жадными взглядами, провожающими груженые снедью обозы, поспешил обогнать толпу. Исполнять роль благодетеля оказалось труднее, чем я думал: всем помочь оказалось невозможно, ситуация в стране еще более плачевная, чем я предполагал. Приходилось действовать очень аккуратно, чтобы не навлечь на себя гнев толпы слишком избирательной помощью, но при этом не разбазарить все припасы в первые же пол дня пути.

Паренька, который упал под ноги моего коня, тут же погрузили на телегу, туда же ссадили детей и побросали какие-то мешки. Пешком до города людям оставалось идти около дня, к завтрашнему утру они доберутся, если не будут останавливаться на привал. Подумав, велел выделить им несколько факелов и предпочел еще отдалиться.