Иномир и Мила

Мила в ответ слабо ухмыльнулась, коротко кивнула, а сама могла думать только об одном: как бы не упасть. Вершина уже была всего в нескольких шагах, но ноги вдруг задрожали. Все же она так боялась высоты, что хотела уже развернуться и ползком спуститься обратно в лагерь разбойников.

— Ну что, дошли, — наконец произнес Иномир.

Мила с усердием сделала еще несколько шагов и оказалась рядом. Порыв ветра ударил в лицо, и перед ней открылась просторная долина, залитая закатным солнцем. Она на мгновение замерла, а затем резко закачала головой, даже про страх высоты забыла.

— Иномир, — тихо произнесла она, не веря своим глазам, — а где же моя деревня? — Но он лишь тяжело вздохнул. Взгляд Милы застили слезы. — Куда ты меня привел? Что же это такое? — Она осела на землю и стала смотреть на долину в алом закате, не веря своим глазам.

— Нет здесь твоей деревни, — ответил он, посмотрел на долину и тихо продолжил: — И намного верст вперед нету. Нигде нету. Ты, Милослава, попала совсем в другое место, когда провалилась в багровое болото.

— А ты откуда все это знаешь? — Она подняла на него ошарашенный взгляд.

— Знаю, — тяжело вздохнул он, развернулся, но, прежде чем уходить, оглянулся. — Пойдем, уже темнеет, как бы ты в своих туфлях не свалилась со скал.

Но Мила не в силах пошевелиться все сидела на земле и качала головой — сил плакать больше не было. В наступивших сумерках, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, она тяжело вздохнула, встала и стала спускаться за Иномиром, грустно опустив плечи.

На небе зажигались уже первые звезды, когда они вновь оказались в лагере. Полыхал высокий костер, в воздухе стоял запах жареного мяса. Разбойники нетерпеливо барабанили по коленям и торопили тех, кто резал кабана. А ей хотелось лишь где-нибудь спрятаться и завыть в одиночестве.

— Ну что, жрать будешь? — обратился он.

Мила подняла на него взгляд и увидела большой кусок мяса, с которого капал жир. В другое время она бы с радостью в него впилась — все же не ела уже сутки, — но сейчас ее сильно мутило от пережитых эмоций. Даже пришлось с усилием сдержать порыв тошноты.