Рок и Кара

Любая другая львица на моем месте уже сгорела бы со стыда, но мне даже начало нравиться быть беспомощной. В том, как Рок принимал мою слабость, чудилось нечто… чарующее.

Он нес меня легко, словно я была пушинкой. Его худоба оказалась обманчивой — силы она ему не убавляла. Его тело, жилистое и поджарое, было не менее выносливым, чем, скажем, у какого-нибудь мужчины из моего клана.

«Например, у Ника».

Я снова вернулась мыслями к любимому. Сердце болезненно сжалось. Я знала, что слезы должны пролиться, иначе горе останется со мной навсегда, но огромным усилием воли сдерживалась.

«Не здесь, не при Роке».

— Вы же выполните свое обещание?

— Конечно, Кара. Ник будет жить.

Мы быстро добрались до моих покоев. В этот раз я равнодушно скользнула по страже взглядом и позволила Року поставить себя на пол. Мне было решительно все равно, что подумают обо мне чужие люди. Эта перемена в себе удивила меня, но я не придала ей особого значения.

— До завтра. Вам следует хорошо отдохнуть.

Я вспомнила спящего борова, стук его сердца, который затем внезапно оборвался, и вздрогнула.

— Сомневаюсь, что усну, — после мимолетной заминки призналась я.

Мы стояли у дверей. Стража бросала на нас заинтересованные взгляды, но делала это тайком.

— Я сожалею, что сегодняшний вечер принес вам столько неприятных волнений. Завтрашний будет лучше.

— Вы уверены? — Я невольно улыбнулась.

— Конечно. — Рок немного расслабился, в его позе появилась легкая небрежность. Смешавшись с обычной невозмутимостью и строгими манерами, она придала ему особый шарм.

Я молча кивнула и толкнула двери покоев.

На постели, широко раскинув руки и ноги, спала Рони. Я присела рядом с ней и ласково дотронулась до ее щеки. Несколько минут с любовью всматривалась в нахмуренное детское личико, а затем легла рядом, свернувшись в клубочек. Стянула с Рони мамину шаль и укрыла ею нас обеих.

Я закрыла глаза. Темнота напомнила мне о Роке. Я будто снова ощутила его прикосновение к своей щеке и смутилась. Воспоминания, как рассыпанный горох, застучали по разуму, сменяя друг друга.

Я не стала вскакивать, лишь приоткрыла глаза. В окне мерцали звезды, и их неясный свет успокаивал. Еще какое-то время волнительное открытие и тревоги прожитого дня не давали мне забыться, а затем я провалилась в вязкую дрему.