Разделённые

– Но я искренне хочу помочь тебе, я вижу, как тебе сейчас плохо.

– Я волнуюсь за Лучезара, – призналась я. – Но я не знаю, что мне сделать, чтобы оградить его от опасности.

– Глупышка моя, сестра, – вздохнула Селена. – Ты о себе должна думать и о процветании нашего поселения, а не о дикаре, который находится за сотни, нет, тысячи шагов отсюда!

– О чём это ты?

Я дернулась, резким движением руки отбросила гелифет в сторону, надеясь, что его не найдут, и уставилась на вставшую за спиной Селены Лунайру. Сестра стояла вся побледневшая, боявшаяся, казалось, даже дышать.

– О чём говорила Селена?

Её мелодичный голос впервые звучал строго в мою сторону, и я невольно поежилась, отводя взгляд.

– Мы просто былички рассказывали.

Быличками в нашем поселении называли выдуманные истории. Они не имели никакое отношение к тому, что было на самом деле. Обычно былички рассказывали про прошлое поселения или какой-либо сестры.

– Былички так не рассказывают, – тон голоса Лунайры стал ещё строже.

– Извините, – тихо произнесла Селена, обратив на себя внимание. – Мы правда просто играли, это была не совсем быличка, мы… представляли, что это сейчас происходит.

– Ты говорила слишком эмоционально, – заметила Лунайра. – Да и ваша реакция на мой приход говорит о том, что вы что-то скрываете! – моя шилэнис вновь посмотрела на меня и добавила уже более мягким голосом. – Я беспокоюсь о тебе, звёздочка.

Я зажмурилась. Да, Лунайра во многом мне помогала и оберегала, но как признаться ей, что я нарушила писания Луны? Вряд ли она просто примет это.

– Мы играли, – упрямо повторила Селена. – А вас просто испугались, кто так появляется неожиданно?!

– Вы говорили о дикарях, – прямо сказала Лунайра, смотря то на меня, то на неё. – Ты говорила, что моя ширеле не должна о них думать.

– Да, потому что в игре она повстречала одного из них, и теперь ей интересно как они живут, – выпалила на одном дыхании Селена. – А я ей говорю, что она не должна об этом думать.

– Мне интересно, почему их волосы горят, но при этом не сгорают, – стараясь говорить ровно, произнесла я, поддерживая враньё сестры. – Как они могут жить в вечном свете.

– Эти знания не принесут ничего хорошего, – строго сказала Лунайра, но по изменившемуся выражению её лица я поняла – она поверила. Моя шилэнис подошла ближе ко мне и потрепала по голове.