Разделённые

– Ты в порядке? – спросила сестра, забыв про приветствие.

Её нежный голос был подобен мягкому песку, по которому я любила ходить возле своего лунодома.

– Даже не знаю, как ответить, – честно сказала я, разглядывая черты лица Селены.

Сестра ярко выделялась среди других лунниц; бирюзовые волосы длинной до колен, такого же оттенка глаза, бледно голубая кожа с оттенком серого.

– Сёстры очень много говорят о тебе, – произнесла Селена и обернулась, словно проверяя не видит ли кто её. – Ходят слухи, что ты пробиралась в Горящие Земли.

– Лгут, – буркнула я, ощущая дрожь во всем теле.

– Конечно, – сестра вдруг забралась внутрь через оклун и уселась напротив меня. – Я не верю ни единому их слову, ты просто не способна нарушить закон.

«способна»

– Ты бы не пошла к границе…

«Я пошла»

– Не стала бы врать Старейшинам.

«Я соврала»

– Ты же у нас вообще очень честная, – сестра не замечала моего состояния.

Она, безусловно, пыталась меня приободрить, но своими речами словно закапывала.

– Они теперь будут следить за каждым моим шагом, – не понятно зачем сказала я.

– Думаю, это не долго продлится, – наивно сказала Селена, махнув рукой. – Можно подумать, у них нет других занятий.

Я глупо улыбнулась. В нашем поселении помимо танцев, созерцания и песнопения нечем было заниматься – такова жизнь дочерей Луны. Такое громкое событие, как нарушение закона, пусть она и смогла убедить Старейшин в своей невиновности, ещё долго не забудется.

– Я буду часто приходить к тебе, – вдруг выдала Селена. – Тебе же нужно общение, а твоя шилэнис сейчас много времени проводит в Лунной Общине.

– Я чего-то не знаю? – всполошилась я, обеспокоено смотря в бирюзовые глаза. – Старейшины же поверили мне, зачем им разговаривать с Лунайрой?

– Понимаешь, – Селена опустила голову. – Всё поселение всколыхнулось вчера, и юные сёстры должны видеть, что просто так ничто не проходит. Старейшины объявили, что запретили тебе покидать пределы лунодома, а твоя шилэнис будет помогать им в Лунной Общине и читать законы, раз за разом, пока не прочтёт сто раз.

– Просто ужасно! – воскликнула я и тут же спросила. – Но как они могли сказать такое? Ни одна из Старейшин не сказала мне о запрете.

– Так ты всё равно из лунодома выходить не будешь, – пожала плечами Селена. – Поэтому они не сочли необходимым оповестить тебя.

– Ясно, – я подтянула к себе ноги и уткнулась головой в колени.