Разделённые

Она сделала лёгкий шаг в мою сторону, затем плавный поворот, шаг назад, снова поворот… лицо Лунайры озаряла улыбка, которая казалась мне ярче света нашей прародительницы.

Я встала в ту же позу и повторила движения.

Моя шилэнис довольно кивнула, проговорив, что для первого раза у меня получается замечательно.

Лунный танец состоял из плавных движений, чередования поворотов и изящных взмахов рук. Когда танцевали несколько лунниц, они образовывали круг – зрелище воистину прекрасное. Казалось, будто сами звёзды спустились вниз.

Во лбу у многих сияли луны, полулуны и звёзды. У меня самой сверкала полулуна.

Мы танцевали под музыку ветра, шелест сверкающих в ночи листьев деревьев. Никто и не собирался брать в руки лунную флейту. Все, кто находился поблизости, молча наблюдали за нами. И пусть мне было не по себе от этих взглядов, я старалась отрешиться от всего, думая только о движениях.

Не знаю, сколько прошло лунут, но, когда мы прекратили танцевать, моё сердце билось учащенно, а мне самой, казалось, не хватало воздуха.

В отличии от меня, шилэнис дышала ровно, не выказывая и толики усталости.

– Это было так красиво, – Лунайра приблизилась ко мне. – Места в твоём лунодоме достаточно, чтобы исполнять движения лунного танца.

– Не говори об этом, – попросив, потупила свой взор.

– О чём? – спросила та, заговорщицки прищурившись.

Я с благодарностью взглянула в глаза шилэнис, думая о том, как мне с ней повезло.

– Чудный танец, – внезапно подошедшая Астра, заставила меня вздрогнуть. – Весьма неплохо для такой, как ты.

Я невольно метнулась к Лунайре и спряталась ей за спину. Колючка – именно так называли высокомерную лунницу ширеле, с которыми я раньше жила. Это имя как нельзя кстати отражало её характер.

– Да, она у меня очень способная, – невозмутимо произнесла моя шилэнис, спокойно смотря той в глаза.

– Ты никогда не жалела о том, что тебе досталась именно она? – вдруг спросила Астра, пренебрежительно взмахнув рукой. – Это же ужасно! Все шилэнис вместе с ширеле проводят ночи, познают мир, танцуют, в то время как она, – Колючка притворно вздохнула, – предпочитает одиночество.

– Я довольна своей ширеле, – лунница полуобернулась, и я увидела в её глазах нежность.