Королевство Праха и Костей

Но шли годы, сменялись эпохи, и про подземную молельню забыли. Лишь статуя безмолвно взирала в вечную темноту, невидимая, никому не ведомая.

Пораженная увиденным, я застыла в благоговейном трепете. Сердце учащенно билось, разум метался между восторгом и ужасом. Находка обещала несметные сокровища, способные навсегда избавить от нищеты. Но в то же время, оскверняя древнюю святыню, я рисковала навлечь на себя гнев могущественных сил. И кто знает, какое проклятие тяготеет над этим местом?

В смятении я попятилась к выходу, не сводя глаз с застывшего божества.

Он словно смотрел на меня сквозь пустые глазницы, безмолвно вопрошая - хватит ли у меня духу посягнуть на священные реликвии? Готова ли я бросить вызов неведомому ради шанса на лучшую жизнь? Или страх пересилит отчаянную нужду?

Не знаю, сколько я стояла так, сжимая лучину побелевшими пальцами. Наконец, глубоко вздохнув, я шагнула обратно к изваянию, твердо глядя в каменное лицо. В конце концов, боги давно покинули наш мир, им нет дела до страданий таких, как я.

А значит, и мне нечего бояться их кары. Быть может, само провидение привело меня сюда, даруя шанс на спасение?

Решительно протянув руку, я дернула золотое ожерелье...

***

В тот миг, когда мои пальцы сомкнулись на прохладном металле, по комнате прокатился оглушительный грохот. Земля содрогнулась под ногами, с потолка посыпались струйки пыли и песка. Раздался душераздирающий скрежет, будто где-то в недрах земли проворачивался ржавый механизм. От неожиданности я отшатнулась, выронив лучину.

Та, прокатившись по полу, погасла, погрузив святилище в непроглядный мрак.

Сердце бешено заколотилось, во рту пересохло от ужаса. Я стояла, боясь пошевелиться, судорожно озираясь по сторонам. Неужели древние боги все-таки разгневались на мое святотатство? Неужели это расплата за дерзкое вторжение?

Но секунды шли, а ничего не происходило. Постепенно грохот стих, земля перестала трястись. В кромешной тьме я услышала удаляющийся скрежет и щелчки, будто где-то вдалеке запирались массивные двери.

Затем вновь воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь гулким стуком моего сердца.

Сглотнув вязкую слюну, я неуверенно шагнула вперед, выставив перед собой руки. Нащупав постамент, я принялась лихорадочно шарить по нему, пытаясь найти выроненное ожерелье. Но пальцы скользили по гладкому камню, не находя ни украшения, ни даже малейшей выемки или трещинки. Изваяние словно превратилось в монолитную глыбу мрамора без единого изъяна.