Путь Скорпиона II

Азамат Аль’Аир зачарованно смотрел на мрачную, зовущую пустоту, разверзшуюся внизу, манящая земля внизу, казалось, распахивала навстречу ему свои объятия. Холодный ветер развевал его волосы. Воздух несся ему навстречу. Свобода... ощущение опасности... поток тепла и силы. Ему это никогда не надоест. Он как следует расправил крылья, ловя поток и летел без остановок, казалось целую вечность.

Затем мягко приземлился.

Цветущая долина. Гиблое место. Все живое обходит его стороной. Королева окружила эти территории опасными долинами.

Прежде чем войти под каменные своды, Азамат сделал привал, чтобы восстановить силы.

На утро он влетел в туннель держа клинки наготове в обеих руках.

И змеились, шевелясь, ядовито красные лепестки, чутко склоняясь в направлении плавно скользящего над ними, альва, будто легкое движение воздуха за ним, заставляло клониться их ему вслед. Один пышный цветок, имевший особо крупную, ноздреватую шишку, вдруг стремительно взметнул к нему из середины хризантемы длинную плеть пестика с безобразной присоской на конце.

Разводя и скрещивая клинки, князь работал ими словно ножницами, срезая выраставшую перед ним завесу тычинок или срубал тянущиеся к нему плети круговыми движениями клинков.

Но чуткие лепестки хищных кактусов, упорно посылали прожорливые тычинки за мчащейся над ними жертвой. Те, преследуя белокрылого альва, схлестывались друг с другом, запутывались между собой так, что образовывали сложные шевелящиеся клубки и дергающиеся узлы, а промахнувшиеся тычинки либо падали, втягиваясь обратно в свой кактус, либо с громким, отчетливым чмоком впечатывались присосками в камень нависавшего над ними сталактита. Эти хищные растения источали не только удушающий аромат, но и испаряли ядовитые пары от которых начинаешь задыхаться и замедляться.

Азамат яростно работал клинками, не останавливаясь ни на миг, не давая себе передышки. И только когда он вылетел из туннеля и коснулся ногами земли дал себе время просто упасть на траву и пролежать так некоторое время для восстановления сил.

В скором времени он продолжил свой путь пешком и передвигался лишь ночью. Его не должны были увидеть и узнать. А внешность у него приметная.