Санклиты 4. Ангел Жизни

– Все, пошла спать. – я зевнула. – Присмотришь за Таем?

– Ясен пень. Иди с миром, большеглазая!

– Спокойной ночи. – я вновь обняла Арсения. – Спасибо за все, мой хороший. – стоило мне выйти из гостевого домика, от кустов отделилась тень. Горан. Дежавю.

В памяти моментально всплыл тот вечер, когда я пыталась убежать от него. В принципе, ничего не изменилось. Все, хватит бегать. Говорят, от себя ни спрятаться, ни скрыться.

Не сводя глаз с моего лица, хорват медленно подошел ближе.

– Не спрашивай.

– Ты не доверяешь мне? – с болью в голосе прошептал он.

– На это нужно время. Старые раны еще болят.

– Но надежда есть?

– Надежда есть всегда. – я прильнула к нему.

– Господи! – Горан замкнул стальное кольцо рук, крепко прижав меня к себе.

– Нет, всего лишь ангел. – привычно пробормотала мисс Хайд. – Почему ты дрожишь?

– Это от счастья.

– Прямо как вибратор.

– Неожиданно! – мужчина рассмеялся. – А что, похож?

– Ага – длинный, розовый, вибрирует.

– Куда пожелаешь.

– Не искушал бы, глава клана!

– Всегда буду искушать!

– Рисковый ты парень!

– Любимая! – он хрипло застонал сквозь смех. – Жизнь моя! С тобой ведь все будет хорошо, правда?

– Если отнесешь в постель, все точно будет отлично.

Мужчина легко подхватил меня на руки. Я положила голову ему на плечо и посмотрела в небо. Если это бездушный холодный вакуум со светом давно умерших звезд, почему душу охватывает благоговейный восторг и тоска по чему-то, что невозможно облечь в слова?

Слишком много вопросов для одного дня.

– Останься, пожалуйста. – попросила я, когда Горан уложил меня в кровать, и откинула угол одеяла. Не волнуйся, просто отодвинусь, если кинжал окончательно достанет. Давай же.

– Как скажешь, госпожа моя. – он осторожно лег на самом краю. Я выключила свет, подвинулась поближе и прижалась к нему. Горячая грудь под ладонью. Сердце бешено стучит. Легкий древесно-мускусный аромат.

– Саяна! – прошептал он, осторожно обняв меня. – Любимая! Все хорошо?

– Да.

– Знаешь, забавно, но ты с самого первого дня точно знала, где мое сердце. Помнишь, ударила так, что заноза уколола его? И потом всегда клала руку мне на грудь именно над сердцем.