Санклиты 4. Ангел Жизни

Так клинок был настоящим!

– Немедленно прекрати! – рявкнула мисс Хайд, бросившись к ним.

– Зачем? Если перережу глотку этому ублюдку, он…

– Алекс! – перебила я, в ужасе глядя на него. – Опомнись! – обострившиеся черты лица и злость в его глазах до боли напомнили Гаспара. Пусть всего на мгновение, но все же отделаться от ощущения, что рядом со мной оказался Паук, не удавалось. – Убери кинжал. – я завела руку за лезвие и сдвинула ладонь так, чтобы она оказалась между клинком и шеей Данилы. Потекла кровь, но боль не чувствовалась.

– Господи! – взвизгнула Маша.

– Тихо. – Нико прижал ее к себе, другой рукой удерживая Спиро.

– Саяна… – опомнившись, Орлов в ужасе посмотрел на стекающую по смокингу Данилы и капающую на пол рубиновую жидкость. – Прости меня!

– Возьми. – Ковач протянул мне платок.

– Что с тобой происходит, Алекс? – замотав ладонь, я заглянула в его бегающие безумные глаза. – Это моя вина? Тогда злись и нападай на меня, это будет справедливо! Не срывай злость на тех, кто ни в чем не виноват, не надо!

– Саяна… – голос мужчины задрожал.

– Черт! – он отшатнулся от меня и быстро ушел.

– Девочка моя, – Данила подошел сзади и положил руки на талию. – Ты дрожишь.

– Не трогай меня. Я как белка из «Ледникового периода»! Вернее, вы с Алексом – две белки, а я – желудь! Из-за которого начинаются катаклизмы и апокалипсисы.

– Это не так.

– Так. – прошептала я и повернулась к Марии, которая весьма неплохо себя, похоже, чувствовала в руках «импозантного мужчины».

– Маша, давайте считать, что этого безобразного инцидента вы не видели, хорошо?

– Какого инцидента?

– Спасибо. А сейчас позвольте мне немного побыть одной. – на дрожащих ногах я пошла дальше по коридору в полутьме. Шаг за шагом, отбивая каблуками секунды, я двигалась прочь, не зная, куда, лишь бы подальше от всего того, во что превратилась моя жизнь. Вот так и иду, в темноте, прусь напролом в объятия к неприятностям и бедам. Зачем?!

Я уперлась в окно и застонала. У меня нет сил.

Запуталась. Одни вопросы, а ответов все нет и не предвидится. Это не жизнь, а мучение сплошное! Кто выбрал мою кандидатуру на эту роль? Чем они думали? Я была счастлива в фонде, потому что находилась на своем месте. А это все…

– Мне не выдержать такого, Господи! – простонала я, уткнувшись горячим лбом в холодное стекло.

– Я помогу. – раздался сзади хриплый голос. Стальное кольцо бережно стиснуло талию. Он прижался ко мне, такой горячий и такой родной.