Санклиты 4. Ангел Жизни

– в тон ему ответила я, проходя мимо озера в цветущий сад. – Могу покатать.

– Ловлю на слове! Мы очень рады, что вы нас посетили! – парень привел нашу делегацию к тем самым плетеным креслам вокруг прозрачных столиков под лениво шелестящими пальмами, на которых мы сидели в первый визит в поместье Наблюдателей – с Юлией. – Располагайтесь, пожалуйста.

На этом чопорная часть закончилась, потому что на меня с диким визгом обрушилась Танюшка. Доведя охрану до сердечного приступа, она сжала меня в объятиях.

– Саяна! Сколько же мы не виделись?

– Год.

– Ты стала еще более важной особой? – девушка ткнула меня острым локтем в бок и подмигнула.

– Пришлось.

– Ты что творишь, наказание мое? – прошептал красавчик на ухо Танюшке.

– Ахмет, дай девочкам посекретничать!

– Ты уже и тут личную жизнь успела устроить? – усмехнулась мисс Хайд, сев в кресло.

– Ага!

– Презервативы не нужны, случаем? – подколола ее я.

– Уже нет. – девушка смущенно улыбнулась.

– О как! Поздравить или посочувствовать?

– Пока не знаю. – на лицо Танюшки набежала тень. – Его маман явно не будет биться в восторге, когда узнает о грядущем внуке. Та еще змея! – Алия, родившая от Гаспара Наринэ и Тиграна. Да, худший вариант свекрови.

– Вспомни черта, – пробормотала будущая мать, вглядевшись в конец дорожки. – Убегаю. Ужасно рада была повидаться! – каблучки девушки быстро застучали по брусчатке.

– Здравствуйте, Саяна. – улыбаясь столь же фальшиво, сколь искренне это делал ее сын, женщина подошла ко мне.

– Здравствуйте, Алия. – я посмотрела на нее. Время не пощадило миниатюрную турчанку, превратив точеную фигурку в заплывшую жиром мощную глыбу. Несколько двойных подбородков валиками покоились на шее. Миндалевидные черные глаза прятались в складках век и казались еще меньше из-за щедро наложенной черной подводки. Но непримиримый огонь по-прежнему сиял в них. Мягче с годами она точно не стала. Скорее, буйный нрав превратился в вечную сварливость и неприятие всех и вся.

– Лизавета запаздывает, просила вас развлечь в ее отсутствие. – взгляд Алии в свою очередь пробежался по мне, подмечая все те детали, что может заметить только женщина. Она села в кресло напротив и начала разливать чай в чашки из такого тонкого фарфора, что он казался полупрозрачным и невесомым.

– Какая красота! – выдохнула я, осторожно прикоснувшись к причудливо изогнутой ручке.

– Это Веджвуд.