Самая темная ночь

Дочь Мороза и лесной ведьмы, даже летом она была самой зимой. Даже летом ее невозможно было коснуться. Снежка была первыми суровыми заморозками, помноженными на опасные лесные чары, она была изумительным цветком, обернутым в хрусталь льда. В Снежку все были немного влюблены, даже Горегляд, которому вообще не до этого всего. Уж он-то по матери и сестре прекрасно понимал, насколько опасными могут быть лесные женщины и что они делают со своими мужчинами. Нет уж, спасибо.

А Снежка только подтверждала общее правило, потому что ее опасность не скрывалась, а подчеркивалась треском морозного воздуха вокруг нее, смертью летней травы в местах, на которые она ступала.

Взгляд Горегляда упал на Властелина – если кому и можно было задать вопрос с надеждой получить нормальный ответ, так это ему, оборотню проклятому. Хотя это не умаляло того факта, что Властелин был хуже полуверицы. Хуже мокрицы. Хуже… всех. Сайгак плешивый.

— Что случилось? — спросил он у оборотня.

— Неужели Кокошка не объяснил подробности? — Властелин наморщил внушительный горбатый нос.

— Нет.

— Странно, он же у нас такой хороший рассказчик.

— Претендуешь на его славу? Если нет, то ответь на вопрос.

— Змеемысл гулял в лесу со своей Искусыней и вышли на палаточный лагерь. Хотели попугать туристов змеями – в прошлый раз они так смешно разбегались… но палаточный лагерь был пуст. А поодаль лежало тело.

— Опять чары?

— Несомненно.

Горегляд мысленно поморщился – этот случай был уже пятым за несколько месяцев.

Оно бы и ничего – не дело лесных жителей за безопасностью туристов приглядывать, если уж эти дураки суются так глубоко в лес, то должны понимать, как тут опасно… но с этими жуткими исчезновениями лесных существ близость человеческих трупов не вдохновляла. Как бы в один прекрасный день череда исчезновений не коснулась их школы. Горегляд, конечно, не слишком радовался жизни, но все же находил в ней достаточно прелести, чтобы хоть немного переживать за свою голову.

Такой же мыслью вдохновлялись и остальные.

Поэтому от трупов они избавлялись вместе, заметая все возможные следы. Нет тела – нет дела, и придраться тоже не к кому. Хотя количество трупов росло и множилось, что Горегляду категорически не нравилось – он прямо-таки чувствовал, что череда исчезновений рано или поздно обратит на себя внимание того, о ком говорил Шепот. Того, кто избавляется от неугодных и вычищает лес.

ГЛАВА 2.