Драгоценная тёмного. отрывок

Колкий страх, что эти ощущения только сон, а в реальности она всё так же в повозке или ещё где хуже, заставил сильнее зажмуриться и сжать лёгкое одеяло. Но проходили секунды, а приятные осязания от мягкой перины не исчезали. Комнату начали наполнять звуки чирикающих пташек и шорох штор. Привстав и открыв глаза, Лирафэль сразу глянула в сторону приоткрытого окна.

Кровать оказалась завешена полупрозрачным балдахином с мелкими нитями, что завораживающе блестели в лучах. Сама комната была очень светлая и просторная, и на стенах игриво бликовали солнечные зайчики от зеркал на трельяже.

До Лирафэль донёсся приятный запах, и, повернув голову, она увидела, что на прикроватной тумбе стояла ваза со свежесрезанными поздними белыми розами. Рядом расположился хрустальный графин с водой и стаканом.

Осторожно садясь на кровати, фейри оглядела себя. Чистая кожа пахла ромашкой, а волосы расчёсаны и не туго заплетены. Лёгкая атласная сорочка с открытой спиной не помешала Лирафэль расправить крылья, чтобы осмотреть их.

Они были целые, но ещё тусклые из-за малого количества искрящейся пыльцы.

— Значит, боль уже только фантомная, — озвучила мысль вслух фейри и рефлекторно поежилась, обняв себя за плечи.

Отодвинув балдахин, Лирафэль потянулась к графину и наполнила стакан. Чистая и прохладная вода ещё больше принесла облегчения и спокойствия. Утолив жажду, она попыталась встать с кровати, чтобы разглядеть в окне местность её нахождения. Но ноги ещё плохо слушались, и, чтобы не упасть, ей пришлось сесть на рядом стоящую софу из светлого дерева с кремовой обивкой.

— Лира? — в открытых дверях показалась Фиона, — ты очнулась!

Лирафэль улыбнулась, обнимая подбежавшую к ней подругу.

— Слава Титании, я так переживала, — Фиона была готова разреветься, — ты трое суток не приходила в себя!

— Правда? — от ошеломления глаза Лирафэль расширились, — а где мы, кстати?

— В особняке Оскара. Он тебя как-то нашёл и принес сюда. За мной вот прислал. И да, извини, но он знает, что мы — фейри, — Фиона виновато смотрела на Лирафэль, — твой истинный облик каким-то образом ему нужен был для твоего же поиска.

А я себя сама раскрыла, чтобы с тобой при нём поделиться своей пыльцой. Твои крылья очень серьёзно пострадали.

Опустив голову, Фиона начала мять подол голубого платья.

— Не кори себя за это, — Лирафэль ободряюще погладила плечо подруги, — значит, мне не в бреду приснилось, что именно Оскар меня спас.