Кай-Дон-Монский витраж. Часть II.

– Вы правда считаете, что моё поведение по отношению к Вам определяется решениями лорда Рунвара?

***

– Вы правда считаете, что моё поведение по отношению к Вам определяется решениями лорда Рунвара?

Янера ещё ни разу не видела, чтобы Пырей хмурился так. “Боже, я его обидела. Единственного человека, который меня понимает. Это конец”, – трагически подумала она.

– Пырей… – собралась было извиняться она, но споткнулась о его взгляд.

– Даже лорд Рунвар смирился с тем, что я – Ваш человек, а не его, а Вы продолжаете делать вид, что я рядом с Вами по принуждению.

– Он – твой лорд! – Янера хотела бы, чтобы это прозвучало возмущённо, но силы в голосе не было совсем.

– Формально – да, – кивнул Пырей. – Но мы до сих пор ни разу не задались напрямую этим вопросом только потому, что Вам хватает такта не отдавать приказы, противоречащие его распоряжениям!

Хотелось заткнуть уши и не слышать всего этого. Или встать и закричать, что это – гнусная ложь и ересь. Что он несёт? Отец за подобную дерзость уже давно казнил бы!

– Он знает, что ты пообещал Ренару, – зашептал Янера, зажмурившись.

– Он уважает его решение, и поэтому он разрешил тебе остаться.

– Я уже давно здесь не из-за того обещания, миледи, – тихо сказал Пырей. – И лорд Рунвар это знает.

Янера открыла глаза. Пырей смотрел на пол. Почему-то от этого стало больно. Он так редко отводит взгляд…

– Насколько давно?

– Наверное… – Пырей замялся, – наверное, с того разговора с лордом Мелгаром.

Образ перед глазами был почти нестерпимо ярким.

Степь, карета вдали, Пырей, держащий Ренара на руках, рядом. “Я теперь ещё лучше понимаю, почему лорд Ренар так Вами восхищался”. А потом этот разговор… “Боже, это я во всём виновата!”, – вдруг поняла она, – “Произвела на него впечатление, а потом принялась расспрашивать, не женат ли он! Дура!”.

– Прости…

– “Прости”? – переспросил Пырей, вскидывая голову.

– Это всё из-за меня, – бормотала Янера, покачиваясь взад-вперёд. – Всё мои дурацкие вопросы. И все эти просьбы остаться…

– Да, миледи, – голос Пырея прозвучал неожиданно твёрдо и отрывисто.

– Вы ужасно виноваты.

“Вот, даже он это признал!”. Но тон был такой непривычный, что Янера замерла, вслушиваясь.

– Вы ужасно виноваты, – продолжил зачитывать приговор Пырей, – в том, что Вы – самая сильная женщина, которую я знаю. И в том, что с Вами приятно разговаривать, потому что Вы не только говорите, но и слушаете. И в том, как яростно Вы защищаете своих людей от врагов.