Тёмное полнолуние. Укрощение графа Саркана

Привычные, пусть и стилизованные, краны и вполне себе ожидаемая ванная. Горничная предприняла не особо решительную попытку помыть меня, но была отправлена за двери. Терпеть на себе чужие руки я не была готова. А когда вдоволь попарившись, я вернулась в спальню, Асра ждала меня с пушистым полотенцем, чтобы помочь высушить волосы.

Тут уж я спорить не стала. Приятно, когда чужие пальцы массируют кожу головы, доводя до мурашек.

После я легла на мягкую кровать, укрылась тёплым одеялом и даже почти почувствовала себя счастливым человеком.

Стоило мне улечься как следует, как на подоконнике рядом с кроватью возникла летучая мышь графа. Не знаю, как она там очутилась, ведь окно было закрыто. Но Варин разрешения войти не спрашивал.

— Что ты здесь забыл? — проворчала я, когда первый страх прошёл. — Я никуда не денусь. Ложусь спать. Контролировать ничего не нужно.

— Хозяин сказал присмотреть, так что терпи. Мне и самому удовольствия мало, — пробурчал в ответ Варин, а я, не сразу сообразив, что поняла его слова, оторопело уставилась на летучую мышь.

— Ты что… разговариваешь?

— И даже песни пою, — съехидничал Варин. — Хочешь послушать?

Конечно, слушать писклявые песнопения мне хотелось меньше всего. Всё удовольствие от мягкой кроватки и одеяла этот красноглазый упырь уничтожил всего за одно мгновение. Каков хозяин, таков и фамильяр. Вредные и противные. Оба!

— Если это неизбежно, оставайся. Но будь добр, молчи.

— Не могу этого обещать, — прищурившись, ответил Варин и взлетел на витую балку балдахина.

И только минуте на пятой я сообразила, что было не так. Оторопело уставившись на летучую мышь, я проговорила:

— Почему я тебя понимаю?

Я же прекрасно помнила, что во время всех наших вольных и невольных встреч Варин просто пищал, а я ничего не понимала из его мышиной речи.

— Однако. Я думал, до утра не сообразишь, — хмыкнул Варин. И, не дав мне возмутиться его откровенно пренебрежительным отношением ко мне, пояснил: — Хозяин разрешил.

— Это какую же? — уточнила я с подозрением.

— Следить за тобой, — бесхитростно ответила мышь и демонстративно зевнула. — А теперь спи.

— А ты-то сам чего зеваешь? — спросила я, не в силах сдержать ответного зевка. — Летучие мыши — ночные существа.

— А кто сказал, что я буду спать?

Действительно, такого Варин не говорил.