Здравствуй, дорогая

И всё-таки она выполнила его просьбу. Правда, когда они подъезжали, Вадим сел поудобнее и достал телефон.

— Адам, мы подъезжаем, — заговорил он с тяжёлым дыханием. — Не мог бы ты встретить нас, как гостей?

Девушка не расслышала, что ему ответили, но судя по улыбке, что появилась на лице мужа, поняла, что ответ положительный. И уже через несколько минут они смогли пройти внутрь здания, где их встретил высокий улыбчивый парень.

— Выглядишь паршиво, — первое, что сказал он, увидев их. — Но этого следовало ожидать.

Мне удалось отогнать некоторую мелочь, — с этими словами он покосился на посетителей зала за спиной, что вперили в гостей алчные взгляды. — Но не могу обещать, что по выходу всё пройдёт гладко. Скорее всего...

— Знаю, — простонал Вадим. — Нас будут ждать. Хорошо хоть здесь даже самый отбитый не решится напасть.

— Верно, — кивнул Адам и провёл их в небольшую комнату, что закрывалась шторкой. Опустив там Вадима, достал, словно из воздуха, аптечку и протянул его супруге.

— Оль, прости, что всё вот так вот вскрывается. Но сейчас тебе надо помочь мужу. Справишься?

— Конечно, — спохватилась та и полезла за медикаментами. Но стоило ей только бросить взгляд на рану супруга, как она вновь вздрогнула, прикрыв рот ладонью. — Вадик?

— Так-с, — Адам хмыкнул и выпрямился. — Лучше оставлю вас наедине. Если что-то понадобится, только скажите.

С этими словами он вернулся обратно в зал. А девушка же вопросительно смотрела на мужа, ожидая ответ.

— Твоя рука...

— Да, вижу. Дело плохо.

Правая его кисть почернела и покрылась алыми прожилками, будто изнутри рвалось пламя. И оно постепенно поднималось выше. Крови больше не было, она успела самостоятельно запечься. Но это пугало ещё больше.

— Да кто ты такой? — прошептала Оля.

— Твой муж, — Вадим постарался улыбнуться, но его губы скривились от боли. — Прости. Знаю, всё выглядит слишком... даже не знаю, как сказать. Подобного сумбура даже я не ожидал. Думал, у нас есть ещё время.

Хотя бы годик, чтобы я успел всё подготовить, но... арх!

Он снова скривился и схватился за больную рану, но через пару мгновений откинулся на спинку небольшого дивана.

Оля достала бинт, но растеряно посмотрела на мужа.

— Это подойдёт?

— Должно, — кивнул он и продолжил: — Мне надо многое тебе рассказать. Но сперва хочу сказать, что я... люблю тебя, Оль. По-настоящему, искренне.

— Знаю, — её щёки стали пунцовыми. — Я тоже тебя люблю.