Дочь ведьмы

В этот момент перед глазами Алиары стояли дорожки аур, то, как она применяет свои способности, но Сайдэн об этом не сказал.

— Я знаю эти места. Это в болотистых секторах тёмного леса. Затопленная магами часть, где раньше проводились выпускные экзамены, а потом территорию признали непригодной и опасной и перенесли поближе. — Сайдэн немного подумал и стоило Алиаре вспомнить как пошла за косточником, командир напрягся и замолчал. Она отчётливо показала, как переместилась сквозь толщу барьера на поляну, где тысячи спящих монстров и постаралась вспомнить даже стук собственного сердца, отдающий в ушах.

Свежие воспоминания напугали вновь, а Сайдэн всё молчал. Он, задержав дыхание испытывал терпение слушающих и ждал пока Алиара покажет, как вышла из-под барьера, как видела приближение других монстров и как её нашёл последний выживший наёмник.

Открыв глаза Алиара шумно выдохнула и взглянула на Сайдэна. Замершие за столом люди уже теряли терпение, а командир стоял, зажмурившись и продолжал молчать.

— Чёрт возьми… — наконец прорычал он и посмотрел на собравшихся.

— Ваше Величество там стоит Полост — иллюзорный невидимый барьер, что невозможно обнаружить. За ним тысячи этих тварей…

По залу разнеслись ожидаемые ругательства. Сайдэн приложил руку ко лбу, закопав пальцы в волосы и присел на корточки, тяжело выдыхая.

— Десятки тысяч спящих монстров. Его невозможно обнаружить, если специально не искать, а лучше даже знать где искать, — Сайдэн поднял голову и облизав пересохшие губы уверенно произнёс: — Их было больше, чем у академии.

Как по щелчку пальцев лорды принялись обсуждать происходящее, нервно выкрикивая проклятья и качая головами в неверии. Сомнения оставались номинальные, люди пытались отрицать реальность, не желая верить, что страшные перемены пришлись именно на их головы.

Сайдэн же не спешил принимать в этом участие. Он перевёл взгляд на Алиару.

— Что было дальше? — тихо спросил он.

Алиара лишь отрицательно качнула головой. Не время и не место. Но командира такое решение не устраивало.

Он нахмурился и настойчиво произнёс:

— Покажи мне.

Мягкий, но требовательный голос подтолкнул, и девушка закрыла глаза, сосредотачиваясь. Дом семьи Сарванторино. Злые обеспокоенные лица, разговоры, жажда, боль, усталость, её вещи в чужих руках. Мамин кулон. Грубость и угрозы, перешедшие в холодную тёмную камеру подземелья. Маленькая наглая девочка и наконец — Баксмер. Победно искривлённое лицо, вставшее перед глазами, заставило содрогнуться.