Отпуск в другом мире или Жених-колдун в наказание

Что-то забыли, Екатерина Алексеевна? Кстати, как прошел ваш отпуск? Хотите раньше выйти на работу?

Несколько секунд я собиралась с мыслями, они никак не выстраивались в логическую цепочку. Наконец, я зацепилась за слово «работа», прокашлялась и решительно объявила.

- Валентин (чуть не запнулась!) Михайлович, простите, что вот так врываюсь… Дело в том, что скоро я выхожу замуж и переезжаю в другой город (и в другой мир, заодно!). Пришла сообщить, что увольняюсь.

Мужик заволновался, запричитал, но быстро смирился и отправил меня в приемную писать заявление.

Я вышла и покачала головой. Ну Индира, ну ведьма! Валентина Михайловна, ага, как же!

Зайдя в свою комнату в «Дубовых рощах», я неожиданно попала в крепкие мужские объятия. Арт зарылся лицом в волосы, потом переместился к шее и жадно вдохнул аромат моих духов.

Не успела я оглянуться, как мы начали яростно срывать одежду, медленно перемещаясь в сторону кровати. Кажется, кто-то сильно соскучился?

Любимый навис надо мной, покрывая лицо, шею и грудь жаркими поцелуями, в то время как его руки уже бесстыдно исследовали изгибы тела.

А еще, как шутил Арт, я теперь была наказана за плохое поведение — за тот прыжок в прошлое — тем, что навеки привязана к местному чудовищу в его лице. Жених-колдун — вот мое наказание, мое сладкое, жаркое наказание.

Когда мы соединились, слились в единое целое, сплелись наши тела и души, я уже горела огнем. И это пламя мог погасить только мой Арт, мой страстный мучитель, моя награда, моя любовь.

Как причудлива судьба. То, что должно было нас разъединить, отвратить друг от друга, в итоге нас же и соединило навек. Проклятье навсегда изменило Арта — сделало его сдержанным, холодным, отстраненным, но одновременно — внимательным, собранным, мастером своего дела, закалило его характер и показало, что истинно и ценно в этом мире.

Встав рядом с ним, как партнер и возлюбленная, я обрела еще большую уверенность в себе, поверила в свои силы и открыла магические способности.

Мы оба полюбили и обрели настоящую семью. Так, что не знаю… Вполне вероятно, что лично мне следует сказать Индире Матис «спасибо». Но вслух я в этом никогда не признаюсь, разумеется.