Нежеланный отбор, или Береги хвост, дракон!

— Вы меня не помните? Мы встречались с вами в доме моего отца, он торговец пряностями. Андре Лобзи. А я его дочь, Фелиция Лобзи.

Высокая, с аристократическими чертами лица и прямым взглядом карих глаз. Она будто рождена, чтобы стать княгиней.

— Что-то такое припоминаю, — кивнул я и с удивлением заметил, что Грэгори с человечкой по-прежнему не могли поделить ящик с землей, перетягивали его на себя.

— В теплице цветку будет лучше, здесь воздух пропитан нужными ароматами, — убеждал иномирянку распорядитель.

— Я в своей комнате тоже могу ароматов добавить, просто непередаваемых! — не уступала Вероника.

— Там нет солнечных лучей.

— На подоконник поставлю, могу выгуливать цветочек, если понадобится.

— Ваша светлость, я хотела выразить свое почтение, — снова попыталась вернуть мое внимание Фелиция. — Вы с самого момента нашего знакомства показались мне очень интересным мужчиной. Таким рассудительным, с понятным мне мировоззрением. Я как только узнала, что состоятся отборы, сразу поняла, что полечу к вам, потому что вы самый достойный.

— И я так считаю, — оказалась возле нас еще одна девушка, статная блондинка в бежевом платье. — Из всех князей вас заслуженно можно считать лучшим.

— Уважаемая иномирянка, оставьте ящик! — уже повысил голос Грэгори.

Нужно его спасать. Я двинулся к ним, но не успел сделать несколько последних шагов, как распорядитель в очередной раз дернул предмет спора на себя, в то время как девушка его отпустила со словами:

— Да пожалуйста, только не надо на меня кричать.

Мой помощник завалился назад. Обсыпал меня землей из ящика. Рядом раздались возмущенные вздохи — под обстрел попали Фелиция и еще одна девушка, видимо, последовали за мной.

— Моя семечка! — нагнулась иномирянка и бережно подняла ее в сложенных ладошках. — Какой ужас! Как вы могли такое допустить?!

Нашла взглядом неиспользованный ящик, сделала пальцем ямку, опустила туда свое будущее растение, присыпала. Подняла и этот ящик. Правда, поставила его на колени опешившему от случившегося Грэгори, который по-прежнему сидел на земле.

— Вот, только теперь, если он вырастет плохим, вы будете в этом виноваты. Берегите мой цветочек, — сказала она и выпрямилась.

Встретилась со мной взглядом, невинно заправила локон за ухо, будто минутой назад не поборола моего вечно спокойного Грэгори. Приблизилась. Смахнула с моего плеча землю.

— У вас тут грязь, ваша светлость, — пролепетала елейным голоском и проплыла мимо, словно ничего особенного не случилось.