Авантюристка в академии

Послышался звук перекатываемой в кармане мелочи, затем несколько человек подошли к вазе, что в настоящее время являлась копилкой. Оглушенная и шокированная Мариэль смотрела, как те, кто еще недавно ей улыбались, теперь кидали деньги. Похоже, от ушлой девицы доставалось не только нам.

— Я думала, будет драка, — усмехнулся тоненький женский голосок.

— Снова Илларис? — недовольно проскрипел за моей спиной Фердинанд, и я резко обернулась.

— Господин бывший ректор? — вырвалось у меня, в то время как руки продолжали сжимать вазу с монетками.

Вечно он возникает там, где не просят. Кто-нибудь из других призраков донес.

— Я. — Фердинанд приосанился. — А теперь живо к Армину! Все три!

— А свидетели? — пискляво раздалось из толпы. Девчонки жаждали продолжения.

— Свидетелей вызову, если понадобятся,— холодно отчеканил призрачный маг.

Стыдно ли мне было за свои действия, рассказывая Армину о событиях и слушая их в изложении Мариэль? Немного. И исключительно из-за того, что все вскрылось, а я не успела собрать лавры триумфа.

Впрочем, это не сказалось на решении ректора отчислить эльфийку и ее двух подельников. Кое-кто из свидетелей переквалифицировался в пострадавших, и оказалось, мы с Сельмой не единственные объекты мщения.

— А теперь можете быть свободны, — произнес Армин, проведя рукой по глазам. Жест усталого мага, на чьи плечи взвалили такую неподъемную ношу, как академия и разборки с адептами. Должно быть, что-то отпечаталось на моем лице, раз до слуха донеслось ворчание ректора: — Кто бы мог подумать, она мне сочувствует! К ней дракон намертво прицепился, а жалеет меня.

— Господин ректор, почему намертво? — прошептала я.

Мариэль и ее остроухих увели, а из команды пострадавших остались только мы с Сельмой. Фердинанд висел за плечом ректора, и, на мой взгляд, был рад всей этой ситуации. Призраки не спят, скучают, а тут веселье.

— А разве не похоже? Иди, Амелия, к себе. Занятия никто не отменял.

Что-то он не договаривал, но что?

Утомленные бурным вечером, мы добрели до своей комнаты, с каждым шагом все больше осознавая усталость.

И только коснувшись подушки, я поняла, о чем говорил ректор. Дело не в каких-то особых чувствах. Все гораздо проще. Кристену-наследнику никто и никогда не отказывал, а это действительно задевает.

На завтрак мы пришли как героини. Академия бурлила, и каждый мог оценить свершившееся, выслушав красочные рассказы свидетельниц и пострадавших от рук эльфов.