Авантюристка в академии

Я протерла подоконники в одном коридоре и решила перебраться на картины. В очередной раз намочив тряпку, подошла к портрету ректора-основателя… .И с удивлением заметила, как он скривил лицо. Я вытаращила глаза и застыла, не веря собственным глазам.

— Глюк Венедикт, — пробормотала себе под нос, читая имя основателя. Совершенно потрясенно уставилась в глаза живого портрета, который смотрел на меня с немой укоризной. — Точно глюк. Ой… Извините.

Отошла, чтобы с вниманием рассмотреть другие работы кистей искусных мастеров… Некоторые из портретов двигались, переглядывались, чего точно не было днем.

Словно ночью в закрытом от народа пространстве велась иная жизнь, скрытая от суетливых адептов и посторонних глаз.

«Плюх!» — донеслось до меня. Посмотрела вниз... С плохо отжатой тряпки на практически новенькие атласные туфли капала вода. Подняла глаза на картину — ректор качал головой. Теперь стало понятно, отчего он так возмущался.

— Простите! — прошептала я одними губами, глядя на Глюка. Для успокоения нервного почившего ректора даже присела в подобии реверанса.

Мужчина кивнул в знак прощения и гордо задрал подбородок, снова приняв величественную позу.

Для этой живой галереи я сменила тряпку на сухую и уже без всякой воды принялась протирать пыль. Я, конечно, слышала про такое чудо, но встретилась впервые. Наверное, поэтому ощущала некую робость, когда касалась рамы, а жилец картины пристально наблюдал, провожая взглядом сухую ткань. Кто-то довольно кивал, а одна пожилая дама даже сморщила нос и демонстративно отвернулась.

Вредная, сразу видно. Скрывая смех, я нарочно протерла раму еще раз, вызвав в женщине повторное возмущение. Захотелось прилепить жевачку, но ее с собой не было. То ли дело обычный неживой портрет какого-то профессора. Не возражает, не корчит рожи… Даже можно зевоту сцедить в кулак, не отворачиваясь…

— Попалась, — раздалось над ухом, и тут же сильные мужские руки сомкнулись на талии.

Кристен Дальберг. Это он стоял за спиной и сопел мне в шею. Его что, тоже обязали отрабатывать именно здесь?

— А?! — От неожиданности я резко дернулась и проткнула пальцем картину.

Сустав обожгло. Похоже, что я задела какой-то гвоздь. Но очередное новое ощущение заставило на короткое время позабыть о боли.

Драконище меня целовал! Губы осторожно прикоснулись к шее, затем еще раз и еще. Я замерла… Кристен не видел, что я натворила, он был занят важным делом. Снова поцелуй, снова касание, вызывающее жар во всем теле, а в месте прикосновения будто ожог.