Ключ к легенде

— Что будет с Айтом? — громко спросил Викер, становясь на пути Тасана, когда тот уже собрался последовать за увозящими виконта стражниками. Сыщик раздраженно сузил глаза.

— Все зависит от того, сумеет ли он внятно объяснить хоть что-то. Пока все, что я вижу — это признание своей вины.

Кто-то из сестер испуганно вскрикнул. Кажется, младшая, ее повели в дом служанки. Викер потряс головой в попытке навести там порядок.

— Он был с нами, — заявил он Тасану. — Его видело полгорода в клубе. Это алиби, и тебе это известно, Рахаза! — Последние слова почти выплюнул в смуглое лицо.

Жесткий подбородок сыщика напрягся, натянув шрам, нижняя губа погнулась вниз.

— Мы все проверим, — негромко, но агрессивно прозвучал ответ. Обошел препятствие, последний раз окинул долгим взглядом серую громаду у распахнутых ворот, после чего вскочил на свою лошадь и умчался по дороге в Ниоссе.

Виконта проводили, как и приказал, в один из пустующих кабинетов, окна которого были обнесены решеткой во избежание резких необдуманных движений арестованных.

Тасан прибыл в управление поздней ночью и сразу прошел к Айту; стражники под дверью тихо клевали носом, в самом помещении не раздавалось ни звука.

Виконт сидел за столом, положив на него руки, а поверх — голову. Тасан вздохнул, глядя на своего недавнего коллегу. Двинул к себе стул, нарочно проскрипев ножками по полу. Так как Айт при скрежете даже не шевельнулся, понял, что он не спит. Тогда сел сам напротив, так же сложил руки.

— Милорд, — позвал.

Глупое обращение, которое сейчас было совершенно не к месту и от которого у Айта свело зубы.

Сыщик из почтительной нормы умудрился превратить слово в кличку, виконт так же и ощущал себя. Животным.

— Я не знаю, почему я примчался в усадьбу, — глухо сказал Тасану. — Если скажу, что мне это приснилось, ты поверишь?

Тасан вскинул брови.

— Как твоему брату?

— Вроде того. Наверное. Я не знаю! — Айт поднял голову и Тасан ужаснулся его виду. Виконт словно потерял по дороге от усадьбы в город лет двадцать жизни и перед ним сидел сгорбленный, усталый и изможденный старик.

Глубокие складки изрезали его лицо. Углы губ опустились. Его взгляд был пронзителен, но полон горечи. — Что ты видишь, Тасан? — Скривился в гримасе. — Кого ты запер в этой каморке?

Тасан подумал над его словами.

— Пить хочешь? — после молчания предложил Айту и крикнул, чтобы принесли воды. Сцепил пальцы в замок. — Не хочешь послушать, что произошло в Гехеймнис? Или ты знаешь?

Айт заторможенно качнул головой.