Зелёная дверь

Промежутки ажурного неба между деревьев отдавали серым. Лес выглядел мертвым. Казалось, можно услышать то, как опадают иголки с сосен, потревоженные редким ветром или захудалая белка прошмыгнет с одной ветки на другую.

– А этот контролер? – Поппи шла след в след, нарушив очередную короткую тишину первой.

– Местный Харон. Понравился? Познакомить поближе? – парень остановился, отчего Поппи едва не врезалась в его спину. – Была тут одна… – он продолжил ход, а голос его стал грубее и громче. – Тоже «безбилетница». Все прыгала и прыгала, хотела быть с ним, якобы он ее «судьба».

Она приняла его руку, пряча непрошенный румянец. Цепкий взгляд голубых глаз и тепло шершавой руки ввели ее в смущение. «Самое время, Поппи! Ты оказалась непонятно где, непонятно с кем… А этот «непонятно кто» только что чуть тебя не угробил, заставив сигануть с поезда!» – распекала себя Поппи, пытаясь отогнать нетипичные для нее мысли и чувства прочь, делая вид, что ее особенно заинтересовала здешняя флора в виде мха под ногами.

Поппи спрятала руки в карманы и слегка откашлялась:

– И что же дальше?

– Дальше? – парень вздернул бровь, бросив взгляд из-за плеча. – Она допрыгалась. Ее скелет доехал. Куда следует. Он же хохотал всю дорогу.

– Кажется, вы с ним не очень дружны.

– Не кажется… Его можно понять, он каждый день видит, как люди перестают быть людьми. Чокнулся, проще говоря. Его забавляют такие, как ты. Вот он и подыгрывает.

– Спаси-и-бо, – протянула Поппи, с трудом скрывая издевку в своем голосе. – А ту девушку… Почему же ее не вытащили?

– Во-первых, не на каждого найдется свой полицейский, – парень самодовольно ухмыльнулся. – Во-вторых, она отмахнулась от своего… Кто бы он ни был.

Она не поняла, что он имел в виду. Да и диалог дальше не клеился. Полицейский снова углубился в себя, а Поппи старалась поспеть за его широким шагом.

Тропа вывела их к залитой светом поляне, в центре которой возвышался небольшой, еще ладный дом. Фундамент порос мхом, деревянные стены скрывал бурно разросшийся плющ. Рамы окон и дверь выкрашены красной краской, местами облезшей и выгоревшей под лучами солнца. На крыше разрастался сосновый молодняк по соседству с черной трубой, из которой валил тонкий дымок.