Слеза дождя

Ник удивился, разорвал конверт и быстро прочитал несколько строчек. Немного подумал, перечитал и бросил бумаги в костер – огонь мгновенно их переживал, не оставив и клочка.

— Что за письмо? – наклонила голову Виль.

— Да, ничего особенного. Велят явиться в столицу и продлить полномочия. – Никклаф потянулся за следующим куском мяса. –Похоже, хотят познакомиться с тобой.

— А я—то тут при чем?

— До них дошли слухи, что я путешествую с некой ведьмой. Надлежит ведьму привести с собой.

— Фу!

— Я тоже так подумал.

Неожиданно он побледнел – это было хорошо видно даже в лучах заходящего солнца, сжался и упал на траву. Его грудь ходила ходуном в попытках набрать воздуха, но вздохнуть никак не получалось. Секунда, вторая и он прикрыл глаза.

— Ник! – бросилась к нему ведьма. – Эй, Ник, не смешно! Ты чего удумал? А ну очнись! – она потрясла его за плечо, рассчитывая, что он откроет глаза и хотя бы объяснит что происходит.

Виль еще его потрясла, потом похлопала по щекам и неожиданно, каким—то шестым чувством поняла, что он умирает! Этим же чувством она чувствовала, что ведьма ее силы (одна их трех как никак!) может что—то с этим сделать, но вот как? У кого спросить? Где искать совета? Как бы сейчас ей пригодился совет Тихона! Наверняка он знает больше, чем она.

Тишник в этот момент сидел у печи и решал, нужно ли ее чинить или на одну зиму еще хватит.

— Тихон! – донесся голос Виль. – Тихон, ты где? Ты мне нужен!

— Что? – ворчливо отозвался тот, вылезая из—за печи и оглядывая комнату. – Кто меня зовет?

— Тихон, это я – Валя. Помоги мне! Мой колдун умирает!

— Вы всё еще связаны? – тут же подобрался Тихон, узнав свою подопечную.

— Я не знаю. – чуть не плача сказала она. – Но он умирает! Понимаешь? МОЙ колдун!

— Хорошо—хорошо, я понял.

Виль напряглась, пронося в своем сознании образы людей, дела и места, где они были за последние сутки, стараясь ничего не упустить. Тихон что—то бормотал себе под нос, отсеивая одно за другим видение, отгоняя взмахом мохнатой лапы, словно назойливую муху.

— Стоп. – наконец произнес он. – От кого было послание?

— Какое послание? – нахмурилась его воспитанница.