Слеза дождя

Худенький мальчишка, выбежавший из хилой постройки, именуемой ничем другим, как конюшней, пояснил, что это гостиница его дяди, которая появилась здесь года четыре назад. Про деревню он слышал разговор мужиков – сгорела она. Выбирать было не из чего – сдав коней на попечение мальчишки, путники вошла в гостиницу.

— И ей всего четыре года?! – округлила глаза Виль, осмотрев интерьерчик, по виду смахивающий на поза—позапрошлый век.

— Может быть здесь обитала банда, напавшая на принцессу?

— Как ты думаешь, тут еда нормальная? – ведьма прижала к себе сумку со спящим котенком.

— Пойду спрошу про комнаты и закажу поесть. – Никклаф кивнул на один из столов, выглядевший немного чище.

— Лучше поедем дальше. – сказала Вилентина. – И закажи мне вина. Хоть какая—то анестезия в борьбе с антисанитарией! – пожала плечами на удивленный взгляд колдуна.

В конце бара, как по мановению волшебной палочки, возник хозяин.

— Какое вино вы посоветуете? – спросил колдун у хозяина, старательно протирающего грязной тряпкой стакан.

— Вы с этой дамой? – приподняв бровь, проникновенно спросил тот, кивая на взлохмаченную и злую Валю, в данный момент с отвращением разглядывающую одну из стен.

— Да.

— Тогда закажите нашего фирменного самогона!

— Думаю не стоит, мы хотим продолжить путь.

— Продолжить? Вы видели, что на улице творится? Да там сейчас небо прорвало. Погода так и шепчет: «Сиди дома!», а вы в дорогу!

Никклаф посмотрел в окно.

— Хорошо. Дайте самогона. Ужин на двоих, самые чистые комнаты и горячую ванну.

— Самогон есть. Из приличных комнат… Только одна. – Никклаф удивленно посмотрел на хозяина, но тот спокойно развел руками. – Не успели прибрать. А вот ванны у нас нет. Можно в котле воды нагреть, таз найдется…

Колдун решительно направился в сторону своей спутницы – как говорится, «перед смертью не надышишься».

— На улице проливной дождь. Придется нам остаться ночевать здесь. – еще на подходе выложил он.

— Быть не может!

Виль встала, подошла к двери, распахнула ее и с минуту тупо смотрела на стену дождя.

— Оказывается, может. – вернулась она за столик немного сырая. – Что еще у нас плохого?

Никклаф тяжело вздохнул и начал перечислять все «прелести» предстоящей ночевки.