Лангри

Совет им теперь, как говорится, да любовь!

Лангри с досадой взмахнула рукой, отгоняя непрошенные мысли. Свеча, до этого степенно истекавшая восковыми слезами, возмущенно затрещала на всю кухню, а ещё секунду назад дремавший вполсилы огонёк хищно втянул в себя воздух и взвился факелом. Сумеречные тени, шипя, прыснули из углов, вскочили на мраморный подоконник, заметались, ища выход — но разом опали, стекли вниз и расползлись по привычным норам.

Бобс, недовольный внезапным теневым бунтом, спросонья выпустил когти и впился в круглую коленку хозяйки.

Почему?.. Ну почему Тирс такой идиот, ну с чего он взял, что может решать за неё, как ей, самостоятельной, между прочим, женщине, жить после того, как они поженятся? Как он мог придумать эту несусветную чушь: сделать из практикующей чтицы — домохозяйку, уютную жёнушку в кружевом накрахмаленного передничке? Значит, она, Лангри, будет стоять у плиты, колдовать над супами и соусами и нервически румяниться в ожидании, когда в духовке подойдёт жаркое — а он так и продолжить шляться между мирами и спасать прекрасных незнакомок? А потом пойдут дети, начнутся бессонные ночи, зубки-сопельки-газики и — и добро пожаловать, раздельная спальня? А ещё через несколько лет он заведёт себе юную фею — причём безо всяких метафор фею, молодую магичку, — потому что сила должна соприкасаться с силой, а не с пошлым многоклеточным мясом, способным только печься о потомстве да хлопотать по дому!

Да, о таком будущем можно только мечтать!.

Какой-нибудь домашней клуше из местных...

И вообще, словно он, маг, не знает, что может сделать с магиком сила, которой не дают выхода! Она же лавиной обрушится и подомнёт!

По крыше ощутимо грохотнуло чем-то увесистым, следом просыпалась мелкая дробь, зацокотали сотни крохотных коготков — и Бобс, издав воинственный клич, боевой машиной смерти метнулся к входной двери.

Мыши, и к бабке не ходи!

Лангри тяжело вздохнула. Всё! Тирс перешёл все границы.