Избранница Хозяина холмов

Да с таким жить — проще повеситься.

Да, в замке шептались, что он ещё полон сил и — чего скрывать — имеет множество любовниц, среди которых даже жёны приближенных к нему аристократов. Но это служило бы для меня небольшим утешением, если бы довелось попасть к нему в руки.

Ожидаемо всё утро до отплытия из бухты Леверра отец пробыл в скверном расположении духа. И я хотела было вновь узнать, где и как Илари, а то и попросить увидеть его, но не решилась. Его ответ предугадать можно было и так.

Признаться, в какой-то миг я начала опасаться, что Илари просто избили до полусмерти ещё по дороге в Леверр, а его тело бросили в каком-нибудь лесу.

Ведь мне отец об этом мог сказать всё что угодно — допытаться правды я всё равно не смогла бы. Но уже перед самым отплытием стало известно, какую такую участь подготовил отец для молодого стражника.

Когда все вещи были уложены на дно дромона, а гребцы сели на вёсла, я вышла из шатра, что был натянут у кормы корабля, чтобы напоследок глянуть на зелёный берег Джинарии, прежде чем мы покинем его надолго.

Оказалось, его величество Кранман всё же прибыл нас проводить — с солидным сопровождением из замка. Была тут и Варайя, которая то и дело встревоженно вытягивала шею, словно кого-то высматривала. Были и скучающие придворные, которым, в общем-то, не было дела до того, кто прибывал в Леверр, а кто уезжал. Путь это даже сам советник правителя из соседнего королевства.

Прежде чем по сходням подняться на борт, отец всё же приостановился перед его величеством и кивнул, что-то коротко ему сказав.

Лицо короля тут же помрачнело, но он всё же нашёл в себе силы улыбнуться.

— Зря, Лисварх, — донёс до слуха его слова ветер. — …было бы лучше.

И Кранман поднял на меня многозначительный взгляд. Отец покачал головой, затем в сопровождении оруженосца и слуг всё же поднялся на корабль. Следом за ним носильщики притащили некоторые его личные вещи, и только тогда самым последним на борт взошёл Илари.

Я даже не сразу его узнала: в простой рубахе и штанах — без единого знака принадлежности к герцогскому дому де ла Исла.

На лице несколько ссадин и хороший кровоподтёк у виска — уже густо посиневший, а значит, он получил его ещё по дороге в Леверр. Похоже, за сопротивление от посыльных короля ему хорошенько досталось.

Мне захотелось махнуть рукой, чтобы привлечь его внимание, но он даже не смотрел в мою сторону. Думается, стану настаивать — и будет совсем плохо.

— Ох, что же будет, — прошептала рядом незаметно подкравшаяся Лелия.