Избранница Хозяина холмов

Даже слегка потянуло в сон от монотонности собственных движений и приятного щекотания, что разбегалось по коже, когда ослабевала очередная плотно стянутая прядь.

Закончив, я встряхнула серебристые локоны, но, едва откинувшись на спинку кресла, подскочила от уверенного стука в дверь. Дождавшись разрешения, внутрь вошла служанка, поклонилась и звонко должила:

— К вам его высочество принц Атайр, ниэннах.

О… Нет, нет, нет! Только я поверила в то, что наконец отдохну ото всех и просто лягу спать, но принесла же его нелёгкая.

Не мог подождать до утра с очередным ворчанием или поучениями… Но принимать его всё же пришлось.

Его высочество вошёл резковатым шагом и, остановившись напротив, когда я встала, приветствуя его кивком, заложил руки за спину. Между его пальцами явственно что-то блеснуло.

— Уж прошу извинить, что я нарушил ваш отдых, — проговорил он, цедя слова, словно сухой песок. — Но вы, кажется, кое-что потеряли.

Он поднял руку, и перед моими глазами качнулся отданный отцу совсем недавно кулон.

— Я его не теряла.

— Да? Почему же советник вернул его мне? Ему он тоже не нужен. Он даже извинился за свою глупую неучтивую дочь. И я посчитал, что отдать его вам снова — это моя обязанность.

В комнату заглянула Лелия. Мы оба повернули к ней головы, но служанка, присев перед принцем в учтивом реверансе, тут же снова скрылась в спальне.

— Не пытайтесь меня убедить в том, что наша помолвка — это то, чего мы хотели, — ответила я наконец. — Это чужое желание. Так пусть этот кулон будет у моего отца.

Как знак вашей милости. Думаю, носить его мне не обязательно. Ведь это не входит в руэльские традиции. Мне об этом ничего не говорили.

— Да, это просто мой подарок. И он был не обязательным. Но это всё же знак. Для остальных, если хотите, — что вы теперь моя невеста. Что вы скоро станете частью рода Мак Набинов. И то, что вы отказались его носить, я могу счесть за большое оскорбление.

— То, что вы прогнали меня из своей комнаты, когда я хотела вам помочь. Когда правда хотела быть рядом… — я осеклась, поняв, что сболтнула лишнего.

Но всё же продолжила: — Это было не оскорбление? Вы прогнали меня, как неугодную прислугу. Но в моём желании помочь вам и позаботиться было больше жизни и искренности, чем в этой серебряной побрякушке!

— Так вы просто обижены… — Принц почему-то улыбнулся.

Но от этого мне захотелось залепить ему хорошую пощёчину. Он ещё и смеётся!

— Думаю, всё немного серьёзнее, чем простая женская обида, ваше высочество. Я ошибалась.