Черная Кобра Императора

Кордессу было противно от мысли, что теперь он обязан ей спасением своей жизни, к горлу подступила едкая желчь. Теперь небось она побежит все докладывать его отцу, ну и плевать. Кордесс даже сплюнул себе под ноги.

Дженни обернулась и затем снова остановилась, занятый своими мрачными мыслями принц не успел вовремя остановиться и потому натолкнулся прямо на нее. Дженни была довольно высокой, поэтому нос Кордесса оказался в облаке из ее пышных черных волос. В миг его легкие наполнились ядовитым ароматом ландышей, но тело странно среагировало, вместо того, чтобы отпрянуть, как от чего-то мерзкого и нечистого, руки Кордесса сами собой схватили Дженни за предплечья, теснее притягивая девушку к себе, так что теперь не только нос, но и все его лицо было погружено в черное облако.

Дженни повернула голову.

- Ваше высочество? - это был насмешливый вопрос, которым обычно взрослые дамы одаривают своих молодых и слишком ретивых любовников.

Кордесс опомнился и выпустил ее из рук, проклиная про себя эту свою такую мужскую слабость.

Стражники было остановили ночных гостей, так что Кордесс уже хотел снять с себя перчатку, чтобы показать перстень династии, но в этот момент хмурое лицо стражника задергалось, и жесткие губы неожиданно растянулись в какое-то подобие улыбки.

- Госпожа Эдгэр, - пробасил стражник.

Дженни бесшумно приблизилась к ним и кивнула, и тогда железные ворота начали подниматься.

- Мерзкие цепные псы, - выругался про себя Кордесс, чье честолюбие было крайне уязвлено тем фактом, что его, принца крови, не признали, а какую-то крестьянскую девчонку - да.

- Ну как все прошло? - из-за угла вынырнуло улыбающееся лицо Рене Томило, его конюшего, а заодно и верного слуги и помощника. Но едва глаза Рене различили тонкую фигуру возле его господина, парень замер, словно увидел черного демона или призрака.

- Месье Томило, насколько помню, в ваши обязанности входит обеспечение безопасности его высочества? - голос Дженни звенел в пустом коридоре дворца. - Тогда где вы были?

Перепуганный бедняга Томило, итак не мог вернуть себе способность говорить, а когда понял, что им еще и недовольны, и кто - это жуткая женщина, - то окончательно растерял остатки мужества.