Черная Кобра Императора

- Ты знаешь, почему отец вдруг принял решение о твоем отъезде?

Конечно же Кордесс знал. Это все Эдгэр, которая просто мстит ему за вчерашнее. По правде говоря, идя в это утро в покои императора, Кордесс готовился к чему-то похуже, чем ссылка в отдаленную крепость на юге в непосредственной близости от линии фронта. В конце концов по его вине Дженни вчера чуть серьезно не пострадала, если бы он во время не вмешался, ну и если бы не ее эти необычайные боевые способности. Так и не поняв, что же он испытывает: гнев или чувство вины, Кордесс поспешил закончить разговор с сестрой.

- Вам не стоит волноваться, дорогая сестрица, - произнес он, улыбнувшись и взяв тонкую ручку Миритт, - быть может это путешествие только пойдет мне на пользу. Служить империи и нашему отцу - вот мой долг.

Даже Миритт не обманули эти пафосные речи, она шагнула ему навстречу и поцеловала в щеку.

- Я буду молиться о тебе, дорогой брат, чтобы ты вернулся живым и невредимым. Бастиану сообщу об этом. Он тоже присоединиться к моей молитве.

Кордесс едва не удержался от язвительного замечания. О чем и правда будет молиться братец Бастиан - так это о том, чтобы Кордесса скинула лошадь, и он сломал себе шею.

Небрежно чмокнув Миритт в белый лоб, юноша зашагал прочь.

- Ты договорился с главарем той шайки? - спрашивал он на ходу Томило.

- Да, сегодня после десяти вечера он встретиться с вами возле старой башни у реки, - закивал слуга.

- Захвати меч, а я возьму револьверы, от этой грязной своры можно ожидать чего угодно.

Тем временем, миновав длинную застекленную галерею, они оказались в другом конце дворца. Одним движением открыв двери, не дождавшись когда о нем объявят, Кордесс стремительно вошел в покои императрицы Леониссы.

Его мать сидела за высоким столиком и завтракала, барон Шанье составлял ей компанию. Оба они о чем-то переговаривались в полголоса. Леонисса была одета в пышное платье с высоким воротом, красивые золотистые волосы зачесаны в изящную прическу.

- Мой лев, моя гордость! - воскликнула она, пожалуй слишком по-театральному.

Кордесс был не любитель наблюдать за громким проявлением женских чувств, поэтому сдержанно поцеловал руку матери и поприветствовал барона.

- Придя сегодня ко мне, мой мальчик, ты не представляешь, насколько сильно порадовал материнское сердце, - Леонисса опустилась в просторное кресло и махнула слугам.