Народ Тархи

Мужчина послушно собрал все с травы и, прижимая дары к груди, последовал за дикаркой, которая стала спускаться по горной тропе к кораблю чужака.

Когда Арсай ступил на корабль, Лайда последовала за ним.

- Созови всех своих людей.

Мужчина послушно выполнил требование дикарки, даже не поинтересовавшись, зачем это. Когда сонные люди собрались на палубе, Лайда запела. Это была песня на древнем языке, которая оказала на всех собравшихся странное действие. Их глаза закрылись, словно сильная дремота разом навалилась на всех.

Лайда подходила к каждому, прикладывала свою ладонь к вискам человека и при этом продолжала петь. Последний, к кому подошла Лайда, был Арсай.

- Арсай, ты держишь путь в Леанию, к своей возлюбленной Ксане. Все это время ты странствовал по миру, но не нашел тех, кого искал. Ты не нашел Бескрайние холмы, не нашел народ Тархи, не видел Великую Лайду.

Дикарка хотела уже покинуть корабль, но вспомнила кое-что. Ксана умная девушка, она позаботилась о том, что Арсай нашел обратную дорогу. Лайда вытащила медный браслет из-за пояса Арсая и вложила его в ладонь мужчины:

- Он укажет тебе дорогу домой, Арсай.

И только после этого Лайда покинула корабль. Стоило ей подняться по тропе и скрыться с глаз, как Арсай и его люди стали медленно приходить в себя. Терли глаза, растеряно смотрели на незнакомый обрывистый берег, такой неприветливый и вызывающий чувство тревоги. Арсай, закрепил медный браслет на носу корабля, отдал приказ держать путь в Леанию.

Старшая рода, бывшая предводительница воинов Мийна не могла сомкнуть глаз.

В её шатре снова ночевали внучки, а значит, Великая Лайда отправилась в Долину предков. Мийна понимала, что не заснет и единственный способ узнать, что задумала Лайда - отправиться следом. Оставив спящих девочек на попечение старой няньки, Мийна покинула шатер и скрылась в беззвездной ночи.

Она долго выжидала, когда её дочь покинет священную пещеру, а потом, скрывая себя магией, отправилась следом. Чем ближе она подходила к обрыву, за которым простирались воды Лазурного моря, тем явственнее чувствовала чужую магию.

Мийна уже хотела окликнуть дочь, но тут перед ней возникла фигура старухи. Она чуть подрагивала в воздухе, её очертания были размытые, но старшая рода поняла, кто перед ней и пала ниц.

В её голове, склоненной к самой земле, зазвучал голос: "Ступай в свой шатер, Мийна. Не мешай Великой Лайде исполнить то, что следует". И старшая рода не могла ослушаться. Мийна уже не видела, как по горной тропе поднимается чужак.