Академия Междумирья. Дикая магия и прочие неприятности

У уголков глаз собрались горячие слезы, готовясь стечь на щеки: я даже головой помотать не могла!

– Что такое, Рита? Хочешь сказать «нет»? Ты попробуй, попробуй, – предложил Клэй невозмутимо, причмокивая синей эхесской. – Я сдержу обещание. Всего одно слово – и ты свободна.

Теперь понятно, отчего он так легко разбрасывался родовыми клятвами. Слово «нет», как и все его ругательные производные (в которых я посылала ректора в пешее приключение в пасть к керрактской каэре), застревали в горле.

Во мне не осталось своих желаний. То есть они были, но где-то глубоко, под пленкой, под завесой… и становились все призрачнее с каждой минутой.

Страх, что еще секунда – и я перестану контролировать не только тело, но и помыслы, – взрывал грудь. Лицо пекло, по затылку расползалась липкая паника.

– Вы… м-похотливый раб… свои-м-х же-мланий… – выговорила, почти не шевеля языком.

– Нет, нет, Маргарита, я хочу сделать рабыней моих желаний тебя.

От неизвестной гурии я вся взмокла, на ресницы капал пот, лоб облепило влажными волосами.

– Подойди, вытяни руки, – попросил Клэй, и я двинулась вперед.

Ноги мне больше не подчинялись, реагируя лишь на звук его голоса. Я утратила связь с мышцами, не могла ими больше повелевать.

И взгляд был будто уже не мой, а чужой, отделенный от сознания прозрачной аквариумной стенкой. Он удивленно скользил по медным браслетам, что с гулкими хлопками вдруг защелкнулись на запястьях.

– Вы бы м-мне еще рога под-мпилили…

– Это просто аксессуар для игры, не бойся, – прошептал мерзавец. – Я присваиваю тебя себе, маленькая джинна.

– Да я всего-то… на одну ч-четвертую…

Сердце грохотало внутри, рассылая «бах-бах-бах» по мышцам, но оно было и моим, и не моим… В ушах разносился свистящий гул. Как если бы меня вообще тут не было, и я наблюдала за происходящим из соседней комнаты, через плотное стекло.

– Вот и узнаем, чего в тебе больше, Рита, – Клэй дернул пальцем, и порывистый вихрь прошелся по комнате, сбив подушки в центре ковра на манер дивана или мягкой горки. – Я устал исполнять чужие желания, играть в чужие фантазии… Знаешь, у меня ведь и своих немало. А с кем желать, как не с маленьким рыжим джинном?

Ректор был сильным магом, недаром до этой должности занимал пост декана стихийников.