Демонический отбор. Захомутать и обезвредить

Что же ты несешь, идиотка, вместо того, чтобы просто быть наедине с этим человеком…

Эй, а зачем тебе быть наедине с ним?!

Это опять проклюнулся внутренний голос. Я заткнула его и запрятала подальше.

— Это всего лишь необходимость. Мне известно о многих семьях, не только о тех, чьи представители пытались меня убить, — а он вновь язвит. — Но конкретно вы, Виктория. Чем же вы дышите?

Воздухом, которого становится всё меньше, когда его ладонь скользит по моей руке, обтянутой перчаткой. Пальцы переплетаются, и мне кажется, что земля под ногами ходит ходуном.

Наваждение. Дьявольское помутнение. Искушение судьбы, от которого не отделаться.

Как может человек одновременно пугать так сильно, что пересыхает в горле, и при этом всё внутри меня молит о продолжении?

Его лицо казалось неживым, лишь глаза в прорезях маски изучали меня, не позволяя отвернуться.

— Вообще-то я колдунья, — сказала вдруг.

— Знаю, — даже не попытался изобразить удивление император. — Это отражено в вашем личном деле.

— Немного. Чтобы полноценно колдовать, мне нужно обучиться, а родители…

А родители видели во мне исключительно послушную дочь, будущую мать и жену, но никак не ведьму.

— Родители не всегда понимают, чего хотят их дети, — грустно согласился правитель. — Уж я-то не понаслышке знаю, о чем говорю. Но лишь мы сами определяем свои судьбы. Колдуйте, если это приносит вам счастье.

Мне хотелось спросить: «А чем дышите вы, кроме бесконечных документов и встреч?», но музыка резко стихла.

А так ли я счастлива, когда колдую, как мне казалось раньше? Что получаю, кроме сомнительных рогов?

Мне всегда казалось, что в этом заключается смысл жизни.

А теперь... сама не понимаю...

Хм, император так легко разрешил мне заниматься любимым делом. Не значит ли это, что он сознательно поставил на мне крест как на вероятной супруге? Ибо кому нужна жена, магичащая вместо того, чтобы рожать детей?.

Если этот мужчина холоден ко мне, не поможет никакое платье.

Во мне что-то надломилось от такой простой мысли.

Всё, хватит. Дождусь объявления второго испытания и пойду спать, пока окончательно не расчувствовалась.

— Марис, что ты творишь? — цапнула за руку служанку, которая не отлипала от своего нового ухажера, а тот подносил ей то горячительные напитки, то сладости.

— Его зовут Питт, и он… я… кажется, я влюбилась, — доверительно шепнула она.