Демонический отбор. Захомутать и обезвредить

Это в столице к магам относятся благоговейно, а до провинций модные тенденции ещё не дошли, наших колдунов ещё недавно сжигали на очистительных кострах. Сейчас уже не сжигают, но всячески сторонятся.

Особенно — женщин.

Кто знает, какие бесы водятся в наших симпатичных головках?

Разбойники побежали кто куда, врассыпную, кинулись прочь, едва ли не дрожа от страха. Знали б они, что мои способности ограничиваются двумя-тремя простенькими чарами…

— Всё хорошо? — спросила я дядюшку Тома, который привалился к повозке и тяжело дышал.

Он слабо кивнул, потирая правый бок. Опять, видимо, вспомнилась неутихающая язва.

— Постойте. Госпожа, у вас рога, — внезапно кашлянул возница и на всякий случай попятился.

— Так быстро? А ещё замуж выйти не успела, — пошутила я, а затем додумалась пощупать себя за голову.

Ой, и правда.

Рога.

Что ж, с кем не бывает. Со мной точно бывало.

Когда они появились впервые, мы с братом практиковали заклинание левитации. Простенькое, чтобы переносить предметы на небольшое расстояние.

М-да, что за неудачница. У кого еще от перенапряжения растут рога?

Брат строго-настрого запретил рассказывать родителям.

— Ты необычная, малышка, — Стэн потрепал меня по макушке, — но твоя особенность может дорогого тебе стоить. Магов боятся. Представь, что они захотят сделать с тобой, если поймут, какая ты?

С тех пор рога изредка появлялись, когда я колдовала, но обычно исчезали спустя несколько секунд.

Из чего следует два вывода. Первый: я — колдунья ненормальная. Второй: лучше никому не знать о моей маленькой изюминке.

Есть и есть. Ну и что такого? Жить не мешают, голова от них не болит, магичу редко, поэтому шанс, что их кто-то увидит, минимален. Вот стану свободной от отцовского слова, тогда всё и разузнаю.

Хм. Кажется, разбойники испугались не хлыста, а дополнения в виде рогатого чудовища.

Ох, демон всемогущий!

— Дядюшка Том, — позвала возницу, который начал неистово креститься. — Не переживайте, это всего лишь побочный эффект магии. Они сейчас исчезнут.

— Так было всегда? — спросил он осторожно и приблизился к моей макушке, словно собирался попробовать на зубок. — Отец знает?

— Ага, — радостно соврала я.