Ведущая на свет

Он не объясняет, что это за дела – с меня должно быть достаточно и того, что мне не приносят жалоб из отдела кредитного отслеживания. Не грешит – и все. Больше мне знать не полагается. Ну, по крайней мере – Генри так считает, он даже потребовал в первый же день, чтобы я отслеживала динамику его кредита только из того, что попадает в мою сводку. Он мол согласен огребать за косяки, но давайте не будем мусолить каждый его положительный чих, а то ему и так слишком неловко ходить на работу.

Но кто бы мог предположить, что исчадие ада вдруг окажется настолько образцовым работником, что будет являться на работу на час раньше.

Я подхожу ближе, ныряю ладонями у него под локтями, пытаюсь ухватиться за него покрепче, лишь бы подольше подержаться.

Боже, как же хочется к нему прирасти…

Не было бы необходимости ходить на работу – так и валялась бы с ним в постели.

- Снова пойдешь в архив? – тихо уточняю я, - все еще не хочешь взять наряд ищейки? Ты прошел аттестацию, да и оплачиваются они лучше…

Пальцы Генри, тонкие, чуткие, такие невероятные – я уже довольно много о их возможностях знаю, проводят по моей кисти, оставляя на коже дорожку его тепла.

- Нет, птаха, в Лондон я не пойду, - спокойно отрезает демон, - мы с тобой уже обговаривали – я не хочу рисковать собственным положением. Без разницы, сколько мне здесь пахать – сто лет или двести.

- Ладно, ладно, - я это уже ворчу, окончательно уступая его аргументам. Они – на самом деле здравые. Только в архивах же скука смертная… И я точно знаю Генри, он кипучий как ртуть, он там подыхает со скуки втрое сильнее, чем подыхала я.

Вот ведь…

Придумал себе добровольную аскезу, и фиг его теперь отговоришь от неё.

Генри затягивает длинные волосы в хвост, позволяя мне вслепую, наощупь разобраться с пуговицами его жилета.

Кто-то там утверждает, что Чистилищная форма мол приличная и притупляет плотские порывы. Он просто не видел как эта самая форма сидит на Генри. Хотя бы даже белая тонкая рубашка на рельефных сильных плечах - она же даже не облегает его. Она к его коже будто льнет. А уж как на нем сидят брюки...