Крапивник

А для меня продолжали звучать голоса учёных и врачей, мамы, приехавшей через полчаса после несчастного случая, и умирающего папы. Он едва мог говорить, но пытался меня успокоить.

- Всё отлично, - возле уха и внутри головы одновременно прозвучали почти идентичные голоса.

Небольшая тихая вспышка ознаменовала полное завершение процедуры. Руна исчезла.

- Вот видишь: не сложно.

Эдмунд улыбнулся, легонько приобнял меня за плечи, а я не чувствовала рук. Холодные пальцы слабо удерживали палку, по телу бежали мурашки, но не проходило ощущение, что кровь кипит.

- Неужели так страшно? – тёплая ладонь пригладила мне волосы. В голосе слышались беспокойство и лёгкое неверие.

Я не смогла ответить. Я не плакала, не падала в обморок, не кричала, но, кажется, была на гране всех этих состояний.

Вроде Эдмунд продолжал что-то говорить, но я, ничего не слыша, ужа шла к двери возле его кровати, ведущей на смотровую площадку со странным зубчатым бортиком.

Эта дверь запиралась только на маленьких металлический крючок, поэтому выйти ничего не помешало.

Глядя на поле, где до сентября люди выращивали пшеницу, я продолжала задыхаться. Ни заплакать, ни успокоиться не удавалось, и я продолжала безмолвно трястись, слыша только стук крови в висках.

…

37. Луна.

…

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я начала дышать спокойно, но после этого в тишине и спокойствии я провела совсем не долго - дверь в башню открылась.

- Есть будешь?

Я, не подняв взгляда, отрицательно помотала головой. Говорить сил не было.

- Могу принести тарелку сюда.

Эдмунд беспокоился, но не знал, что должен сказать и опасался подходить, чтоб не сделать хуже, а я и сама не знала, что хочу услышать. Обоим оставалось лишь молчать.

- Ладно… Но не сиди на холодном, - в меня прилетел комок из одеяла. - Прости, промазал.

Учитель скрылся в здании и медленно закрыл за собой дверь.

Я завернулась в ткань и слепо уставилась вдаль.

Не прошло и минуты - снова скрипнули петли. Мисочка опустилась на пол и рука учителя медленно пододвинула её ко мне.

- Я приготовил супчик. Вдруг передумаешь.

Он ещё несколько секунд просидел в дверном проёме, ожидая реакции, но, не получив, сел на расстоянии вытянутой руки от меня.

- Что сегодня случилось?

Не находя сил ответить, я уткнула лицо в колени.

- Луна, если я что-то делаю не так, тебе нужно об этом сказать. Я же не знаю, что у тебя в голове.