Крапивник

Я прицепила к венку фату и надела.

Красота.

Взгляд упал на конверт в коробке. Письма и бытовые записки. Написанные с правой стороны слова всегда были несколько смазаны. Эдмунд был левшой – когда он писал рука тёрлась о бумагу – тетради всегда были неряшливыми, а ребро ладони и мизинец – грязными.

Среди листков, исписанных стройными рядами неразборчивых букв, нашлись такие послания как: «В доме нет еды», «Я не нашёл рубашку», «Я зол. Ты знаешь, что сделала», «Хочу курочку», «Я разбил зеркало», «Почему я через записки слышу, как ты на меня орёшь?» и «Сделаешь на ужин картошечку?» с изображением очень голодной птички.

Эдмунд ужасно рисовал. Несчастный крапивник в его исполнении будто разом страдал плоскостопием, косоглазием, рахитом и умственной отсталостью. Бедное создание. И всё же милое - «художник» явно очень старался.

- Моя ж ты лапочка, - я погладила бумагу, обращаясь не то к Эдмунду, нее то к крапивнику.

В руках оказался затёртый от постоянного чтения и покорёженный слезами листок.

Против воли из памяти возник день, когда Эд ушёл.

Он… был сам не свой после ссоры. А в тот день… я пришла домой, а он исчез, забрав большинство вещей и оставив записку.

Записку с извинениями, в которой не было даже лёгкого намёка на злость и обиду. С искренней нежностью и заботой.

На глаза заранее навернулись слёзы, но руки не выпускали листок.

«Ты была права, когда говорила, что не стоит ехать на практику. Признаю, я дурак.

Я забрал книги. Доел суп (спасибо, вкусный). Все артефакты отключил. Забрал печенье.

Украл у тебя из шкатулки пару ленточек. Не то чтобы они могла потребоваться мне в ближайшее время, но все мои куда-то делись. Они теперь твои, если найдёшь.

И, кстати, присмотрись к Роланду Солена, ты ему небезразлична.

Извини, что так вышло. Люблю тебя.

Эд

Постскриптум: никто и никогда не найдёт ответ на вопрос, зачем представляться в записках, которые больше некому написать (грустный смех)»

На бумагу упала слеза.

Тогда не знала, что думать, не знаю и сейчас. Невнятные извинения «за то, что так вышло», теплота и явное нежелание ранить… Что он в конечном итоге чувствовал?

Если злость и обиду – почему так пишет?

Если нет, почему ушёл?

Я всё-таки задела его.

Но чем? Я ведь много глупостей наговорила. Какая именно перешла грань?

В чём была сложность уж если не сказать всё лично, так хоть добавить на листок пару строк объяснений? Я хоть знала бы, за что извиниться при встрече. А встреча уже в этом мае, когда у Луны начнутся экзамены.