Крапивник

По-моему, это повод для гордости!

Эд топнул, заставляя крапиву исчезнуть, но не прошло и секунды, как она снова начала пробиваться из паркета.

Я снова тяжело вздохнула, чтобы не закричать в ответ. Скорее всего что-то бессвязное – больше от безысходности, чем от злости.

- И это тоже хорошо, Эдмунд. А теперь, пожалуйста, давай обработаем ожоги. Это важно сделать, а то потом будет больнее.

- Да какая разница?!

Я мысленно прошлась по умственным способностям бывшего жениха - как, чёрт возьми, он может быть настолько умён, являясь при том полнейшим идиотом?!

- Господи, Пацифика, почему каждый раз, как ты появляешься в моей жизни, в ней творится какая-то хрень?! В прошлый раз разорвал источник, в этот – спалил расчёты.

Воздух комом встал в горле.

- И оба раза тебе просто необходимо поорать на меня, как я по жизни не прав и как на самом деле мои проблемы незначительны! Успокойся, Эд! Не ной, Эд! Это не конец света, Эд! А надо было меня слушать, Эд! Эд, не ори на бедного ребёнка, который лезет под руки, когда было ясно сказано, чтоб не лезла! Не спорь со мной, очевидно, я всё понимаю лучше всех! Да, Пацифика?!

Эд приостановился, чтоб набрать в лёгкие воздуха и убрать крапиву, жгущую руки.

- Ну, молодец, что была тогда права! Иди, возьми с полки пирожок. Молодец, что сейчас пытаешься помочь, когда об этом не просили! Шуруй по всё тому же направлению!

Я плотно сжимала губы, стараясь не заплакать.

Хотелось сказать, что я никогда не хотела ему зла, но он это знал.

«Я хочу помочь» - уже сказала, и не раз.

Чувство, что я впрямь какое-то дурное предзнаменование, сдавило горло. И будто того было мало, в нём словно застряло что-то острое.

Крапива продолжала расти, плотным кольцом закрывая Эдмунда. Он молчал, буравя меня взглядом, будто ждал нападения.

Я не очень понимала, как в наступившей тишине течёт время. Прошло или пару секунд, или пару минут – знаю только, что всё это время давила слёзы, пока где-то внутри закипали обида и злость.

– Попытки предостеречь тебя от ужасных решений или заставить заботиться о здоровье… не были мне в радость. Но это проявления заботы, - не поднимая глаз, тихо, но твёрдо. - Более мрачные и менее романтичные, чем завтрак в постель, но не менее значимые. Потому, что я тебя люблю и любила, Эд.

Крапива приостановила рост. Наверное, мои слова были для Эдмунда как ведро холодной воды.