Крапивник

Плевав на советы врачей и собственное понимание неправильности такого поведения. Из-за постоянной боли, спровоцированной нарушением режима, Эдмунду приходилось экспериментировать с обезболивающими, и за время болезни он обнаружил много комбинаций, более эффективных, нежели те, что использовались раньше.

Я, как мне показалась, минут пятнадцать наблюдала отрывки его жизни, где он выполнял при помощи крапивы даже самые базовые действия: готовил, стирал, убирал, даже держал ложку или стакан… Часть этих действий ему действительно было трудно сделать самому, но некоторые, например, надевание сандалий, были просто капризом.

Всё это время по башне бродил кот по кличке Тим. Рыжий в бежевую полосочку. Огромный, почти как собака, и до неприличия солидный. Даже не толстый, а именно солидный, будто с утра до ночи пахал на тяжёлой работе, а вечером хорошо питался, чтобы наращивать мышцы. Думаю, Эд подкармливал его чем-то для усиления роста. Судя по тому, что я его не видела, этот кот уже умер.

- Эй, Крапивник, - цепь воспоминаний резко затормозила, перед нами с Эдом, уже восстановившимся к тому времени, возник Аслан. – Пошли копать поле. Все скоро соберутся.

Воспоминание дрогнуло, показывая, как уставший к полудню Эдмунд, вручил крапиве лопату и опустился на выращенный из неё же стул, благодаря человечество за изобретение плотной ткани, через которую растения не жалили его.

На него устремилось несколько завистливых взглядов. Эд подумал, что мог бы забрать и у них лопаты, но, подумав получше, попробовал быстро вырастить несколько близко расположенных крапивин.

Эд отошёл на несколько метров от людей. Самые смышлёные, начали догадываться, к чему всё это идёт, и замолкали, с интересом наблюдая.

Эд резко выдохнул и пробежался, оставляя за собой дорожку крапивы.

Когда зелёный «ковёр» стал размером примерно пять на полтора метра, комок земли, отлетевший Эду в колено, заставил его остановиться. Мой учитель оглядел результат и щелчком пальцев развеял растения. На их месте осталось перекопанное поле.

Люди стали убирать лопаты, смотря на Эдмунда. Чувствуя с их стороны интерес и своего рода поддержку, мой учитель воткнул свою лопату в землю, повесил на неё жилетку из рогожи и побежал по полю. Воспоминание потянуло меня следом.