Крапивник

Я съёжилась:

- Это… день смерти? Давай уйдём отсюда. Пропустим воспоминание.

- Это случится не прямо сейчас… Дай мне… несколько минут, хорошо? – Эд не смотрел на меня.

Я подняла на него взгляд. Неестественный блеск глаз и то самое выражение лица, когда всеми силами стараешься держать каменное лицо – вот что я увидела. Спорить готова - Эд хотел бы, чтоб меня сейчас не было рядом. Но всё, что я могла предложить – шаг вперёд и в сторону.

Это я и сделала. Учитель сделал шаг назад. Он остался у меня за спиной. Вне поля зрения.

– Какая ты у меня умница, - женщина улыбалась.

- Я ж говорил, что поступлю, - Эдмунд расстегнул душащий ворот рубашки.

- Застегни. И не вздумай на церемонии поступления его расстёгивать, - мать снова вставила пуговицу в петельку. – Ты не гулять идёшь, а на важное мероприятие.

- Ма, я так сдохну, - закатил глаза Эдмунд.

- Выражения выбирай, - женщина поочерёдно прикладывала пуговицы к куртке. – …и пуговицы. Какие тебе больше нравятся?

- Без понятия, но те, что на рубашке - точно нет.

- Ты весь вечер мне об этом говоришь.

- Мне весь вечер они не нравятся.

- Сходи к папе. Пусть он тебе шейный платок завяжет. Может, удобнее будет.

Женщина заглянула в шкаф с вещами сына и достала оттуда нужный предмет.

Эдмунд вышел из комнаты и направился вниз к лестнице на первый этаж, где находились кухня и аптека. Мы за ним. Я - впереди, учитель - сзади – почти наедине со своими эмоциями и мыслями.

- Малой, - из раскрытой двери в комнату старшего брата донёсся зов.

Мальчик сунулся в комнату.

Рыжий парень семнадцати лет валялся на постели с книгой.

- Две просьбы, - он поднял руку с двумя оттопыренными пальцами. – Если уж идёшь вниз, зайди на кухню и принеси мне тортик, ладно?

- Без проблем. Но не жалуйся, если кусок окажется маленьким, - Эдмунд вредно улыбнулся.

- Да ладно тебе, - беззлобно засмеялся старший. – Будь полезным младшим братом или я зря тебя все эти годы терплю?

- Ну да, забыл о твоей вселенской доброте, - младший упёрся в косяк. Такое общение с братом не казалось ему обидным – взаимные подколки, смешные и не очень, были для них нормой и почти никогда не имели цели задеть.

- Это уже лучше, - рыжий задумчиво почесал лоб. – Что ещё? Ах, да! Скажи маме, что у меня светильник трещит.

Младший перевёл взгляд на прикреплённую к стене круглую медную платформу с сияющим кристаллом, заряженным огненной энергией. Он издавал равномерный гул. Как маг огня, мать могла его починить.