Заключительный

Протянул руку и представил, как в ней возникла бутылка воды. Руке стало очень холодно, а на лбу выступил пот.

— Так вот, значит, как…— пробормотал Антон.

Он почему-то не сомневался сейчас, что способен сотворить что-нибудь магическое не только в мыслях. Но дальше этого понимания пойти не удавалось. Хотя и возникло ощущение, что, если продолжить пробовать, можно нащупать путь, хотя бы для начала. Но стоять здесь и колдовать бутылку воды слишком уж не хотелось, по крайней мере, прямо сейчас. Хотя он правда думал, что получилось бы, но пробовать больше не стал.

Антон направился к выходу из башни. Выхода не было. Зато там, где прежде была дверь, наблюдалась теперь каменная чаша высотой Антону по грудь. Чаша казалось словно бы выросшей из монолита башни. Бегло глянув туда, где она «исходила» из пола, Антон не приметил никакого перехода. А в чаше той обнаружилась чистая на вид вода. С минуту Антон принюхивался и присматривался, потом умылся и даже рискнул выпить. Вода освежала значительно сильнее обычного.

Понаблюдав немного едва заметные отблески света над прозрачной гладью, под взглядом его поглощенные сплошным зелено-голубым сиянием, он оставил чашу и подошел к самой стене. Там он провел рукой по холодной чуть светящейся поверхности. И задумался, нужно ли ему, чтобы здесь сейчас была дверь, в которую он мог бы выйти. Однозначного ответа не получилось

Смирившись или напротив, он отвернулся от стены, прошел к центру башни и снова улегся на пол. Устроился так, чтобы руки-ноги не затекли в случае длительного отсутствия движения.

Его внутренне ощущение уверяло, что день все еще продолжается. Какой день? «Отец попал в больницу, сколько времени прошло с тех пор?» — спросил себя Антон, и он вроде бы отчаянно хотел бы узнать ответ, но не сделал ничего, чтобы попытаться выяснить это.

Вместо этого он искал среди того, что уже знал и среди того, что мог бы видеть сейчас, ответов о том, кто и как мог бы остановить «огненную смерть». А не найдя на это прямых и понятных ответов, попытался понять, увидеть или хотя бы предположить, как она пришла в его мир. Запутавшись, он не вполне осознанно последовал намеренью Дората и задался вопросом, по чьей же все-таки воле.