Заключительный

Как скажешь.

— Скажу — учи, – ответил Антон, не задумываясь.

Собеседник покачал головой. Что-то пробормотал. Вроде: «Идиот».

— Давай так, сегодня попробуй сам. Разберись, что видишь и сознаешь. Завтра приступим. Впечатляющих результатов не жди.

— А что, за сегодня уже никто не умрет? — сейчас Антона угнетала мысль об этом, но как-то очень отстранённо, как если бы он рассуждал о полюбившемся сериале. Острое и гнетущее искреннее беспокойство о происходящем, пронизывающее все его существо перед этим разговором, обернулось в нечто почти искусственное.

— Понятия не имею, – отозвался мужик, – но ежели выпьешь основательно, к магии сутки минимум лучше не обращаться. Так у нас. Про магов не знаю.

— То есть, мне, может, и наоборот? – заинтересовался Антон.

— Я этого не говорил.

И хмурым взглядом был удостоен возможный «ученик».

Что-то в восприятии окружающего для Антона снова изменилось, и он как будто бы услышал скрип натянутых до предела пут…

— А ты только меня защищать собрался? Или тех, кто со мной, за одно?

— Ну начинается… Я тебе говорю… Да, как скажешь.

Я, Даниил, внимаю твоим велениям, о верховный маг этого мира.

Да, это был явный сарказм. Но Антону все-таки понравилось, как прозвучало.

И это ощущение будто бы призвало нечто созвучное ему, к некоторому сожалению Антона, явилось это в очередном кратком видении.

— Миар!

Он не отзывался. Он ждал своего часа. Пусть думают, что хотят. Он в духовном поиске. Пусть считают, что угодно.

Он должен ждать. В полном безмолвии собирая силу. Однажды он сочтет, что готов. И все маги родного мира увидят последствия. Жаль, вероятно, не поймут, что это именно он.

Или он проиграет. И никто ничего уже не услышит. И не увидит. И опять же, вполне вероятно и другое. Никто так и не успеет понять, что его уже нет.

Видение миновало, и на сей раз Антон осознал, что их начало как-то в силах спровоцировать, а вот на завершение как будто бы покамест повлиять не может.

Кроме того, после очередного видения его мир на чуточку выглядел иначе. Пару секунд Антону казалось очевидным, что именно отличается, но потом понимание ушло.

Между тем получалось, что решение о том, что, собственно, следует делать, все еще оставалось за ним. И это Антону казалось странным. Логичным и ожидаемым было бы, по его убеждениям, если бы Даниил попробовал им руководить, но тот вроде бы и пытаться не стал. Возможно, только пока.