Право на жизнь

[18]

— Mi n’e chang’e terron-ark’et’e ark’eto.[19]

Владыка Севера кивнул, принимая ответ командора. Внимание Аратая вновь обратилось ко мне.

— Mi itron-imag’e oil-vah ark’eto e ark’et’e mii ferstoil al’t-rohta tel’ Ra, — подвел итог Альтэсса. — Yushaihan’e stake-toll'e, e’ssa? ‘Est chrono, bart n’eharen spend’e chrono n’e-deli-rohta. Tel’ Is al’iav’el’ viuna t’el Ra. Mi invant’e yu mii tel’ e mii saity, — Аратай посмотрел на моего жениха. — Ishard, mi itron-toll’e yu.[20]

Все? Аудиенция окончена? Я неуверенно направилась к дверям, не зная, возвращаться ли мне в особняк Иньлэрт самостоятельно или же дожидаться жениха в коридоре.

— Souri, al’t tel’ Is, — снова вмешался эсса Лэргранд, — e’ssaLankarra ‘est nihgoest, guod hara n'e r’etmar’e goest-vaikna. Aos'est mi n’e n’eed-‘est yu, mi karet’e nih goest.[21]

Альтэсса кивнул. Командор теней подал руку, которую я после секундного колебания приняла. Покинув приемный зал, мы молча пошли по коридору. Ковер под ногами глушил шаги.

Гуляющие по коридорам сквозняки неприятно холодили вспотевшую спину: короткий разговор выдался трудным и волнительным. Но расслабляться было рано. Что от меня нужно командору теней?

— Не тревожьтесь. Повелителю вы понравились, — наконец нарушил тишину спутник. От непривычного лангвэ язык свернулся в трубочку, поэтому я обрадовалась, что Ровер не стал надо мной издеваться и решил вести беседу на всеобщем.

— Правда? А мне показалось, опозорилась дальше некуда, — озвучила я сомнения. С вежливым любопытством осведомилась. — Вы собираетесь устроить мне экскурсию по дворцу?

— Вряд ли вас привлекают здешняя архитектура, интерьеры или живопись, — справедливо заметил эсса Лэргранд, сворачивая на лестницу. — Проявлять любопытство к прошлому важных для нас людей естественно, но, боюсь, в этом вопросе я ничем не помогу: иногда вещи хрупче памяти, по крайней мере, уничтожить их значительно легче.

Я закусила губу, прекрасно понимая намек Ровера.

Среди бесконечных анфилад комнат скрывались и те, что когда-то принадлежали Риккарду тиа Исланд. Древние своды становились свидетелями его снов и мыслей. Гулкое эхо подхватывало звук голоса. Вещи хранили тепло пальцев... Не удивлюсь, если наследие Демона льда сожгли, избавляясь от любых следов существования предателя.