Просто вернись...

Подпрыгнул на месте, отпрыгнул в сторону и затряс намокшей лапкой. Сначала одной, потом другой. Старательно с них стряхивал воду.

Девочки испугались. Но помня слова матери и не желая напугать малыша, закрыли ротики ладошками, чтобы приглушить визг, потому что к самостоятельному зверьку сунулся любопытный нос Вито.

В отличие от людей, котенок не испугался, как в прошлый раз. Смело шагнув в огромной угрозе, он поднял лапку и... заехал по носу Вито, оцарапав его. Пес, не ожидавший такого развития событий и не опасавшийся подвоха от такой крохи, обиженно заскулил.

– Он еще и пса побил, – восхищенно присвистнул Верт, и, толкнув друга локтем, добавил, – а ты говорил, что Вито его порвет. Еще кто кого...

Все дружно рассмеялись, а Ялма обняла крупное тело пса, обхватив его голову, чтобы посмотреть ранения храброго воина.

– Ну-ну, Вито, дай посмотрю, –просила она, удерживая приплясывающего и поскуливающего пса, – ты же храбрый, а он – такой маленький.

Хаид перехватил собаку за ошейник и зажал его, помогая жене.

– Террин, он тебя сильно расцарапал? –спросила Ялма, разглядывая глубокий порез на собачьем носе, – Давай залечу ранки?

–Немного, –ответил тот, осторожно оглядывая раны, –но ничего страшного. У меня больше было, а это...так, смех один...Само заживет.

–Хорошо, -мимолетно улыбнулась женщина.

Кара и Кастия бросились к маленькому нарушителю, желая его взять на руки. Котенок не дался ни одной из них, деловито прошествовав по полу и обходя клочки мыльной пены.

У особенно большой лужицы, чистой, абсолютно без пены, котенок остановился и зачем-то окунул в нее лапу. Намочил. Отпрыгнул. Затряс мокрой конечностью, стряхивая предательницу-воду.

– Мам, что он делает? –спросила Кара, полуобернувшись.

Ялма, подлечив собаку, отпустила ее и обернулась. Котенок, на удивление всех, снова окунул лапку в лужицу, чтобы снова начать отряхивать ее, разбрызгивая капли вокруг.

– Не понимаю, – женщина покачала головой, наблюдая за зверьком. Хаид хмыкнул и сообщил:

– Он воду не видит. Когда солнце отражается, поверхность колеблется. Ему любопытно, что это.