Просто вернись...

Долго металась по своим комнатам в материнском дворце, не смогла самостоятельно успокоиться, а потому отправилась искать утешения. И попала к Фавну, который как истинный друг в беде и тревоге ее не оставил.

Откуда-то возникли бутыли с нектаром. Потом им срочно потребовалась компания, и они начали вызывать знакомых. К моменту смены дня дом Фавна едва вмещал всех желающих повеселиться. В приходом нового дня она покинула гостеприимную компанию, отправившись строить свой дворец.

Ия поморщилась. Тогда она сознательно напилась и старалась быстро не протрезветь.

Девушка обычно выкидывала эти случаи из памяти, завидуя Лете, которой это удавалось без каких-либо усилий. Сложнее было потом объяснять случайным кавалерам, что продолжения не будет. И почему все непременно хотели продолжения? Из-за ее происхождения и дара?

Им было легче поймать ветер, право слово. Ее мать связала себя узами, потому что так было задумано. Свободолюбивую Уну никто не смог уговорить на такое.

Ия снова покосилась на деймоса, который растворил пустой бокал и облокотился о колонну плечом к ее плечу, продолжая ее разглядывать. Богиня с трудом заставила себя оставаться на месте и не отодвинуться.

Конечно, можно было повторить прошлую встречу, раз уж настолько его впечатлила, усмехнулась она.

Только... она бросила на него искоса взгляд, заметила, что он следит за ней, и решила, что это будет откровенной глупостью с ее стороны. Брат был прав, говоря о вопиющей глупости, хотя не так уж он и знал этих суровых парней из Нижнего мира.

– Э..., – неопределенно протянула она, снова отвернувшись от него и пытаясь подобрать слова, пока наконец не выдала наиболее нейтральное и откровенно фальшивое, – если что-то между нами было, то я этого не помню.

Мужчина внимательно на нее посмотрел и покачал головой.

– Способности Леты не заразны, – с нарочитым сочувствием сообщил он, отпивая из своего бокала.

Девушка на миг зажмурилась и попросила:

– Я не могу и не хочу сейчас об этом говорить....Я даже не помню, как тебя зовут, –беспомощно призналась она.

– Адриен, – вынужден был представиться он и добавил как положено, – Очень приятно.