Ситуация

И что совсем некогда тратить время на все эти женские глупости…

И под эти невеселые мысли он бахнул пива и лег спать.

А когда проснулся, в его комнате сидела соседка.

Голая.

Прикрытая только двумя длинными лисьими хвостами и гладкими каштановыми волосами, которые перекинула вперед, прикрывая грудь.

Тхак закрыл глаза, медленно, вслух, досчитал до десяти, открыл — так и знал, соседки там больше не было.

Окей, подумал Тхак, видимо, правы были родители. Родители вообще мудрые люди, они всегда правы. Пора ему жениться.

Чхунчжон не слишком-то хороша была в долгой и планомерной осаде, поэтому ограничилась разовой акцией. Отреагировал сосед как надо, значит, она все-таки могла его съесть в любое время. Все, информация принята к сведенью, цель больше не интересна.

Бар занимал все больше времени.

Она уходила все раньше, возвращалась все позже и не всегда успевала разогреть Тэуну ужин и нарезать завтрак. Он освоил микроволновку и перестал перебирать едой. Однажды Чхунчжон увидела, как он ест селедку, закусывая горошком, и окончательно попрощалась с этой его фазой.

Он перестал дергать ее с домашкой, вообще — перестал дергать. Засыпал раньше, чем она возвращалась, а когда она возвращалась, вставал, как сомнамбула, и шел поздороваться, иногда, когда Чхунчжон заказывала курицы, садился к ней смотреть телевизор и с ней же засыпал.

Когда она была дома, Тэун обычно старался держаться к ней поближе, но все-таки в один из редких выходных встал, оделся и взял со стола рабочую тетрадь в разноцветных цифрах.

— Куда? — спросила Чхунчжон, от усталости заснувшая на диванчике в гостиной.

Когда-нибудь она переедет из апатов в собственный дом и позволит себе диван-кровать, но пока она чувствовала себя так, будто ночь спала на камнях, диванчик был узковат.

— Буту-бу-бу-ту-бу, — пробубнил Тэун себе под нос, отчаянно отводя глаза.

— Что-что? — напряглась Чхунчжон.

— Дядюшка Тхак помогает мне с математикой! — выпалил Тэун и зажмурился.

— А, — сказала Чхунчжон, как-то вдруг поняв, почему ее любимый, но абсолютно невосприимчивый к точным наукам племянник так давно не заваливал контрольных, — ну скажи ему спасибо.

— Ну дядюшка Тхак! Он в очках! Живет слева!

— А. — Чхунчжон зевнула и легла обратно, — Он мне тоже помогал с математикой. Одобряю. Но скажи ему, что это несправедливо, — подумав, добавила она, — почему это только у тебя безлимитная математика? Я, может, тоже хочу.

В своей бесцеремонности мальчишка очень походил на свою тетку.