Во имя Камелота

Трина невольно вспомнила, что говорили рыцари про Гавейна, и задалась вопросом: интересно, обвешан ли он сейчас платками, словно рождественская ель, или, быть может, выбрал тот единственный, хозяйка которого значила для него больше всего?

Она тут же постаралась стряхнуть эти мысли, покачав головой. Это не имело никакого значения. Ее любопытство было излишним и глупым.

Тем временем, пока они шли по городу, Джудит показывала лучшие лавки, где продавались изысканные платья, доспехи, самые вкусные в городе хлеб и вино.

Они проходили прилавки с вяленым мясом и фруктами, лечебными травами, которые пахли так, что на кончике языка собиралась слюна, а голова начинала кружиться. Сказки и легенды про артуровский Логрес и Камелот не врали: королевство, по крайней мере здесь, в пределах крепостных стен, процветало. Даже крестьяне казались довольными и восхваляли короля за очередной праздник, который принес им покупателей и доход.

— Леди Трина, — осторожно спросила Джудит, когда они остановились у лавки, где полная миловидная женщина, одетая в хорошо сшитое льняное платье, продавала платки.

— Вы уже отдали платок своему фавориту в турнире?

Служанка выглядела немного смущенной своей смелостью задать вопрос, но Трина была только рада, что Джудит старалась завести с ней беседу. За эти дни они даже немного сблизились, став более открытыми друг к другу, иногда смеясь и обсуждая кого-то из рыцарей. Возможно, со временем они даже могли бы стать подругами.

Трина пожала плечами:

— У меня даже нет платка, Джудит.

Да и фаворита нет.

Джудит была удивлена:

— А как же сэр Гавейн? Ведь он обучает вас, я думала, что…

Трина не говорила служанке, что обожаемый всеми сэр Гавейн не был ее любимчиком, а наоборот – лишь раздражал. Она задалась вопросом, стоило ли сказать об этом сейчас.

Однако вместо откровения решила спросить.

— Почему вы все так любите сэра Гавейна? — в этом вопросе не было ничего, кроме искреннего интереса.

Джудит улыбнулась, и ее милое лицо стало почти прекрасным.

— Сэр Гавейн очень добр к нам. Ко всем. Он обучает детей прислуги сражаться, выделяет средства на их обучение грамоте из своего жалования, а еще он всегда вежлив и приветлив.

Трина удивленно вскинула бровь:

— Сэр Гавейн? Приветлив и вежлив?

Улыбка Джудит угасла, и девушка поспешила серьезно добавить:

— О, миледи, не спешите считать его бестактным человеком. Я слышала, что с вами у него случались споры, но… — она слегка замялась, решая, продолжать или нет.