Во имя Камелота

Не лучшее время было говорить королю, что очередной его рыцарь влюблен в первую леди, с которой Артур обронил больше десяти вежливых слов, после Гвиневры.

— Трине нужно было совершить ритуал. Без свидетелей. Я попросил Гавейна сопроводить ее.

Артур запустил ладонь в светлые волосы, растрепав их.

— А леди Трина? Где она? Она в порядке?

Мерлин молча кивнул, а затем добавил:

— Она сейчас с ним. У меня мало времени, Артур. Я пришел сказать, что вынужден уехать на день или два за противоядием. Оставить тебя, чтобы спасти нашего общего друга.

Артур ответил решительным кивком.

— Со мной остается Персиваль и еще несколько человек. Да и я не маленький мальчик, чтобы обо мне печься, Мерлин.

— Я знаю, — серьезно ответил маг. — Но ты король. И король непростой. Ты знаешь, что…

— Мне уготована великая судьба, — вздохнул Артур. — Я слышал это тысячи раз, Мерлин. И помню о твоем предсказании.

— Она не просто уготована тебе, Артур. Ты уже ее вершишь. Лишь будь осторожен.

Артур вместо ответа махнул рукой, давая магу знак уходить.

— Не трать время на беседы. Ты должен спасти его, Мерлин.

— Я сделаю все возможное, — но уверенности в голосе не было.

До Авалона, даже на самом быстром скакуне и при помощи всей магии Мерлина, было полдня пути. Половину он уже преодолел. Маг пришпорил коня, пытаясь придать тому, и без того почти летящему по горам и полям, еще больше скорости.

— Быстрее, друг, — шептал он. — Мы не можем потерять Гавейна. Мы не можем потерять еще одного наследника, который способен изменить этот мир.

***

Гавейн очнулся от горячего шепота, который перебегал по его комнате из угла в угол. Он попробовал повернуть голову, ожидая, что боль пронзит его даже от малейшего движения, но ее почти не было. Плечо ныло, тело сковало слабостью, но предсмертная агония отступила. Возможно, Мерлин все же нашел способ излечить его? Гавейн смутно помнил слезы Трины и попытки мага применить заклинания. А еще он помнил чьи-то руки, которые бродили по его стянутому бинтами телу, что-то бормоча.

Трина. Должно быть, это была Трина. Он чуть приподнялся, оглядывая комнату в поисках девушки, но нашел лишь друзей, собравшихся у его постели. Артур, Персиваль, Борс, Галахад сидели и стояли рядом, ожидая малейшего движения, малейшего знака, что он очнулся. Именно их шепот, то ли возносящий молитвы, то ли бранящий его глупость, разбудил Гавейна.